Здесь нас точно не найдут. — заверила я. — Марьяна?
Я закружилась на месте, безустанно оглядывая местность.
— Эмилия, где ты? — слышу отдалённый голос подруги.
Я пару раз крикнула ей в ответ, но больше не услышала своё имя. По всей видимости, Марьяна отстала от меня и побежала в другую сторону. Я зашла чересчур далеко, погрузившись во тьму. Лес, почти не отражающий и не излучающий свет, поглотил меня, деревья закрывали собой весь вид и единственное, что оставалось, ждать помощи. Меня же найдут? Поскольку сама я не выберусь, если угожу в трясинное и сгустившееся болото.
Я надрывалась, горланила от ужаса, но никто не отзывался. Потеряться одной в лесу в тринадцатилетнем возрасте дюже опасно. Не зная даже основ выживания, боюсь представить, как я буду справляться, ежели придётся остаться здесь на долгое время. Беспокойство внутри меня продолжает расти с неимоверной скоростью, паника решила, что сейчас самое подходящий момент, чтобы выразить себя. Она охватывает меня настолько, что каждый вдох стал даваться с трудом, дыхание спёрло.
Быть может, я бы и отчаялась, но вдали пробился лучик света. Такой крохотный, но многообещающий и дающий надежду на помощь.
Я двигаюсь в направлении огонька. Подойдя ближе, понимаю, что это костер. Кто-то разжёг его относительно недавно. Холодный ветер обдувал мою кожу, она требовала тепла. Я присела возле костра, протянув руки к жаркому пламени. Если Марьяне удалось найти выход из леса, то она без раздумий точно побежала рассказывать моей маме о том, что я потерялась.
Вот тут-то мне конец. Мама строго-настрого запрещала уходить далеко от дома. А теперь я тут. В лесу. Совсем одна.
— Что, мать твою, ты делаешь? — грубо и отрывисто заговорил мужской голос. — Тащи его сюда, не тяни время!
Два силуэта надвигаются прямо на меня, раздвигая ветки и обходя кусты репейников. Я торопливо отползаю от костра, скрывшись за толстым стволом дерева.
— Может ты поможешь? Я так-то не всесильный. — задыхавшийся парень показывает на разгоревшееся в его рост пламя, держа на плече чьё-то бездыханное тело.
— Тяжелая артиллерия, такую тушу жечь будем пять часов.
— Я могу подбрасывать дровишки, но не соглашусь на твою идею с болотом. — зажимая сигарету меж пальцев, темноволосый парень поджигает ее огоньком зажигалки и делает первую тягу.
Я закрыла обеими руками рот и нос, ощутив тягостные позывы рвоты.
— А ведь знаешь, он мне не поверил, что я могу убить. — с живостью сказал он. Хорошо повеселились, не считая того, чем мы сейчас занимаемся.
