Но этот поцелуй показался мне шагом в том направлении, в котором я обещала себе не двигаться.
Я мучилась мыслью, что, может быть, мне удастся сохранить непринужденность, переспав с ним в поездке. Честно говоря, я понятия не имела, что между нами происходит, поэтому, чтобы защитить свое сердце, я пыталась убедить себя, что Зандерс испытывает ко мне только физическое влечение. Потому что, позволяя себе поверить, что это нечто большее, я рискую получить травму.
Возможная душевная боль, которую он может причинить, судя по тому, как я уже к нему отношусь, пугает меня до чертиков.
Парень ни с кем не встречается, редко спит с одной и той же девушкой дважды, и он чертовски уверен, что у него нет отношений – по крайней мере, у него никогда их не было раньше. И я должна смириться с этим, потому что хочу быть рядом с ним.
Мне нравится с ним разговаривать.
Мне нравится, что он позволяет мне видеть его скрытые стороны.
Мне понравилось заниматься с ним сексом, и мне нравится уверенность, которую он мне дарит.
Хотя в этот момент, когда мы останавливаемся перед бесконечными вспышками камер толпы репортеров, пытающихся узнать о каждом крупном спортсмене Чикаго, присутствующем на благотворительном вечере Мэддисона, уверенность сменяется нервозностью.
– Ви, ты молодец, – тихонько говорит Райан, успокаивая меня, прежде чем открыть свою дверь.
Когда брат выходит из машины на красную дорожку, вспышки освещают ночное небо так ярко, что можно подумать, что сейчас середина дня, а не восемь вечера.
От криков и одобрительных возгласов, требующих внимания моего близнеца, у меня пересыхает в горле, и тут я осознаю, что вот-вот выйду и стану рядом с ним.
Ненавижу это.
Может быть, водитель сможет подъехать сзади и высадить меня там?
Я примерно в двух секундах от того, чтобы попросить его об этом, но брат возвращается в машину и протягивает мне руку.
Проклятие.
С трудом сглотнув, я вкладываю свою руку в его, позволяя ему помочь мне выйти из машины.
Райан прикрывает меня, насколько это возможно, а я низко опускаю голову, но на самом деле спрятаться не могу. Здесь слишком много народа.
Я иду по ковру, и мое сердце колотится часто-часто, но в то же время я понимаю, что единственный способ избежать этого внимания – добраться до входной двери впереди. Так что я продолжаю двигаться."
"– Райан Шэй! – кричат репортеры, желая привлечь внимание моего брата.
