– Мне нравится, когда твой рот слишком занят, чтобы отпускать свои остроумные замечания.
Мои глаза сужаются в щелочки, но я продолжаю его ласкать, и на лице Зандерса появляется довольная ухмылка, а одна его бровь вызывающе приподнимается.
Я ритмично обвожу языком головку члена, а потом пробегаю губами по всей длине. Втягивая щеки, поднимаю руку и обхватываю яйца. Глажу тонкую кожу, и Зандерс падает вперед, сгибаясь в талии, ему приходится схватиться за мои плечи, чтобы удержаться в вертикальном положении.
Я с довольной улыбкой вынимаю его изо рта и делаю глубокий, заслуженный вдох.
– Если я не могу говорить, то и ты не сможешь.
– Черт. – Он вздрагивает, когда к нему возвращается дыхание, и закрывает глаза, пытаясь взять себя в руки.
Зандерс все еще стоит, согнувшись, держась за мои плечи для равновесия.
– Я был прав насчет тебя, милая. В тебе действительно нет ничего милого, да?
Он большим пальцем вытирает влагу с моего рта, и когда она стекает по моим губам, я впитываю ее, посасывая и поглаживая языком.
Его глаза темнеют, он убирает большой палец с моих губ, заменяя его своим ртом. Тянет меня за руку, заставляя подняться с колен.
Я не могу поверить, что этот безупречный обнаженный мужчина стоит прямо передо мной. Обвитые жилами и вздувшимися венами руки, украшенные черными татуировками. Крепкие, ухоженные, покрытые татуировками ноги. Рельефный живот, а V-образная форма мышц указывает на самый совершенный член, который я когда-либо видела.
Серьезно, эта штука заслуживает какой-нибудь медали.
– Дай мне на тебя посмотреть, – едва слышно произносит он. Он нежно дергает за ткань, указывая на мой топ, но не задирает его. Он ждет, когда я ему позволю.
Жар приливает к моим щекам, нервозность возвращается. Готова ли я сделать это? Готова ли я позволить ему увидеть меня? Я зашла так далеко. Но что, если ему не понравится то, что он увидит? Мне придется жить с этим позором до конца сезона, видя его на борту после каждой выездной игры.
– Эй, ты в порядке? – мягко спрашивает он, его пальцы обхватывают мою шею, а большой палец нежно касается скулы.
– Если ты хочешь остановиться, мы можем остановиться.
Я смотрю на него. Сочетание поддразниваний и нежности между нами выводит меня из себя, держит в напряжении.
Качая головой, я прижимаюсь к его обнаженному бедру, вдавливая кончики пальцев в тело и притягивая его к себе.
Зандерс делает шаг ко мне, его эрекция упирается мне в живот, напоминая, что я действительно не хочу останавливаться.
