— Вы настолько обижены на него за эти домыслы? Да, это ужасно что он так посчитал. Он был в горе, его разум был затуманен. Ради детей вы должны помириться.
Кристиан сделал шаг в мою сторону, склонился надо мной. Я могла видеть, как пламя переливается в его радужке, заставляя голубые глаза превращаться в оранжевые. Мужчина тихо, но весьма раздраженно сказал:
— У меня есть куда больше причин, чтобы обижаться, если это так можно назвать. Мой отец обвинил меня в таком грязном предательстве, отказался верить мне, своему сыну.
А когда я уехал, не желая выносить его ежедневные обвинения, терпеть его нападки, он бросил детей, запершись в своей комнате. Благо мне не удалось уплыть из Саргонды и я вернулся. И это я еще молчу о том, что его подпись стоит в документах, которые показал мне судья. Он продал озеро семье Иветто!
Последние слова он практически выплюнул. Кристиан отодвинулся от меня, сделал шаг назад. Злость вдруг покинула его, лицо стало печальным.
— Да, я любил ее. Я не знал толком свою мать, а она была единственной женщиной, которая могла бы заменить ее.
Я ходил за ней по пятам, требуя ласки, как ходил бы любой осиротевший ребенок. Но я никогда бы…
Он оборвал свою речь и запустил пальцы в волосы. С отчаянием посмотрел на меня, словно ища поддержки.
— Я верю вам, — сказала я спокойно.
— Но мне от этого не легче. Нивелла не любила Илларию и Эстебана. Она и меня не любила. Просто терпела меня рядом, потому что я был ей не так противен, как собственные дети.
Не я был ее любовником, это просто невозможно.
— Мы можем убедить вашего отца…
— Я не собираюсь ничего ему доказывать. Как только завершу дела, я уеду. Эсти и Илли теперь с отцом, они под присмотром. Значит, я здесь больше не нужен."
"Он резко развернулся и спустился по ступеням из беседки. Широкими шагами продолжил путь к конюшне.
Помирить магиара Уортера старшего и магира Уортера младшего будет не просто. Это вообще не мое дело, конечно, но разве так можно? Они накопили столько претензий друг к другу: любовник, дети, предательство, озеро.
Озеро!
— Кристиан! — я кинулась вниз по ступенькам за ним.
Магиар обернулся и, увидев, что я торопливо иду к нему, начал возвращаться.
— Вы сказали, что на бумагах стоит подпись отца. Что это он продал озеро.
— Все верно.
— А вы знаете, когда была поставлена эта подпись?
Кристиан задумался, озадаченно посмотрел на меня:
— Нет. Иветто обратился в суд не так давно с этим документом.
