Трость, которая уже опускалась в ударе, со свистом рассекла воздух и обрушилась на мое плечо. Из глаз брызнули слезы, но я выстояла, прикрывая собой мальчика.
Магиар, пошатнувшись, отступил на шаги удивленно смотрел на меня.
— Вы? — воскликнул он. — Да как вы смеете?
— Как вы смеете? — сквозь стиснутые зубы прошипела я. Плечо болело, дергало, и я прижала его здоровой рукой. — Это как вы смеете?!
— Я предупреждал, чтобы ваша семейка не нарушала границы! И что я вижу? Этот мелкий гаденыш снова здесь, топчет мою землю.
Ворует мои орехи!
— Ложь. Здесь еще территория Уортеров, ваша земля начинается за этими кустами!
— Больше нет, — хищно оскалился Фредерик.
Я внимательно посмотрела на него. Он шутит? Граница была четко обозначена, Эстебан не успел заступить на часть соседей.
— Это наша земля, — пискнул сзади Эсти из-за моих юбок.
— Уже нет, юный господин. Теперь все озеро принадлежит мне. И этот кусок — тоже."
"Да он что, совсем с ума сошел? Граница проходит по озеру, все это знают, даже приезжая я.
Что ему там взбрело в голову?
— Он не может быть вашим…
— Может, дорогуша. И бумаги, которые я получил из суда вчера, это доказывают. Теперь владения Иветто простираются до самого забора, — он кивнул в сторону изгороди вдалеке, что огораживала поместье Уортер. — Можете спросить у своего нанимателя. Так что покиньте мою землю, госпожа, пока я вновь не наказал вас за нарушение границ.
Он угрожающе замахнулся тростью на меня. Он не собирался бить, я понимала это, но мне хватило и того.
Тот, кто вырос в вонючих и опасных трущобах Нильвара, привык защищать себя, и сейчас я действовала инстинктивно. Я выхватила трость из рук мужчины, и не успел он даже рта открыть, как я швырнула ее в сторону озера. Подняв кучу брызг, трость исчезла в воде.
Фредерик Иветто побагровел. Его ноздри раздувались от гнева, когда он сделал шаг в мою сторону. Выглядел он жутко, но у меня не было права его бояться. Я должна защитить детей.
Сжав челюсть, я шагнула ему навстречу. Наши взгляды встретились.
Не знаю, что он увидел в мои глазах, быть может призрак настоящей меня — Эльтарии, но магиар отступил. Он одернул полы жакеты, вздернул подбородок и процедил:
— Я этого так не оставлю.
Резко развернувшись, он зашагал в сторону своего дома.
Я проводила его взглядом. Ярость, что проснулась во мне, требуя защищать детей любой ценой, спала. Адреналин отступил, и я отчетливо ощутила, как болит мое раненое плечо.
— Идем, — сказала я Эстебану.
