Судя до долетавшим из-за закрытой двери звукам, маги переместились в соседнюю комнату, предназначенную для личного камердинера или горничной хозяина каюты.
Как раз в такой ночевала Летти. Теперь же я смотрела на горничную полными ужаса глазами, потому что девушка не шевелилась. Ни одна из четырех не подавала ни малейших признаков жизни!..
Запретив себе думать о плохом, я сбросила с руки Водное заклинание, решив погасить подбиравшиеся к девушкам языки пламени на ковре. Затем подбежала, опустилась на колени возле темноволосой Висенны, которая оказалась ближе всего к двери.
Девушка не дышала.
Сколько бы я ни таращила на нее глаза, грудная клетка так и не шелохнулась, поэтому я в полнейшем ужасе принялась щупать ее запястье. Уговаривала себя успокоиться, понимая, что иначе чужой пульс мне не услышать, ведь собственное сердце колотилось так, что отдавалось в уши.
Но успокоиться не получалось, потому что пульса у Висенны не было, сколько бы я ни щупала.
С другой стороны, ее рука была теплой, но при этом словно окаменелой.
К тому же, от девушки шли сильнейшие магические вибрации, которые я затруднялась классифицировать.
Отогнав от себя ужасную мысль, что держу за руку мертвеца, я засопела, пытаясь вспомнить. Что-то мне это напоминало!
Висенна не дышала, но при этом ее рука оставалась теплой, а на щеках играл румянец. К тому же, эти магические колебания могли означать…
Тут в спальне появился Чарльз. В три широких шага он преодолел расстояние от двери до ковра, затем склонился над Клариссой.
Тоже попытался нащупать у нее пульс, после чего посмотрел на меня и покачал головой.
- Погодите! – сказала я ему. – Еще слишком рано делать выводы!
- К сожалению, Кристен, вывод тут может быть только один. Кларисса…
- Нет же, Чарльз! – перебила его. – Кларисса жива. Они все живы! Все эти девушки сейчас находятся под заклинанием... Заклинание стазиса, я читала о таком. Высшие маги могут погрузить человека в так называемое безвременье.
- Кристен…
- Время для них остановилось, но их все еще можно вернуть! Наверное, лорд Петрам собирался проводить какой-то ритуал, но ему помешали Райан и Теодор.
Поэтому он и сделал то, что сделал. Погрузил свои жертвы в стазис, решив отложить задуманное на потом.
Но огонь снова подбирался к нам по ковру, перекинувшись от кровати и загоревшегося кома постельного белья, и я понятия не имела, как подобное заигрывание со временем отреагирует на пламя.
Не знала я и то, что сейчас происходило за дверью в соседнюю комнату.
