"
"— Ты прав лишь в одном. Ничего не в прошлом. Только если в моем случае измены не было, твоя всегда будет стоять между нами, что бы ты там не выяснил. Ради Дани я постараюсь взять себя в руки, общаться с тобой. Даже смогу делать вид, что ты мне безразличен. Но… только это не так. Мне не все равно. Я любила тебя. И ты причинил мне боль. Из-за этого все наши разговоры заходят в тупик. Я не нашла в себе сил прийти к тебе, потому что глубоко внутри ненавижу тебя и презираю за эту боль. И не уверена, что смогу простить.
Но так же я хочу, отчаянно хочу, чтобы ты узнал правду и понял, что не было у меня никаких других мужчин в нашем браке, кроме тебя. Узнал и понял, что я пережила, увидев вас с ней вдвоем. Ведь это было по-настоящему, а все твое последующее пренебрежение ко мне… — мой голос сильно дрожал, горло, словно сдавили стальным жгутом.
Мне казалось еще чуть-чуть и я расплачусь. Столько времени прошло, а меня не отпускало. Я сглотнула огромный ком и перевела взгляд на сына, который спал в руках Олега.
Бывший муж тоже опустил голову и на несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Он положил его рядом со мной, а затем обошел кровать и присел на край кровати, посмотрел на меня безумным, тяжелым взглядом, от которого все внутри закровоточило.
— Тебе хочется, чтобы мне было так же больно, как и тебе, так Лера? Было больно, не сомневайся. А ты не боишься, что вся эта боль рикошетом вернется к тебе снова, если все окажется так, как ты говоришь? Ведь я приехал не только из-за него, — он поднял руку и коснулся моего лица, провел пальцами по подбородку.
— Мое влечение к тебе с годами меньше, увы, не стало, — я затаила дыхание и боялась пошевелиться. — Моя связь с Миланой для меня ничего не значила. Муратова нет в живых. Возможно, его смерть — это моя вина. Но я об этом не жалею. Его люди устроили ту аварию, чтобы я перестал рыть на него. Я хотел, чтобы он сел в тюрьму. И жалею только об одном, что на часть вопросов не получу теперь от него ответов.
— Олег… — я попыталась отвернуться от него, но он мне не дал этого сделать.
— За эти два года много всего произошло, Лера. Да, я больше не тот Олег, которого ты знала раньше. Вижу и для тебя тоже не прошло даром это время… — его пальцы спустились вниз и он погладил мою шею.
Если проведет еще ниже, дотронется до шрама, который остался после операции, а я его очень стеснялась. Он выглядел не таким страшным, как в первые два месяца, но теперь всю одежду я носила без выреза.
