Не перед отлетом, точно. Ты и так воспринимаешь все в штыки, держишь меня на расстоянии. Я не хотел создавать для тебя новых волнений и стрессов.
— Это Ирина настояла, чтобы ты мне все рассказал, верно? — он кивнул, выдержав мой прямой взгляд.
Я еще утром подумала, что суматошно начавшийся день продолжится в подобном ключе, и не ошиблась.
— Ты мог бы сказать, что нашел сестру еще в прошлый раз, но не сделал этого. И про измены, точнее что с моей стороны их не было, давно знал и ничего об этом не говорил. Почему?
— Лера… — я поджала губы и сделала шаг назад, когда он поднялся на ноги и попытался взять меня за руку.
— Я бы все обязательно тебе рассказал, но после вашего возвращения и того, когда бы решил все эти вопросы.
— А если бы не решил? Тогда я бы узнала из новостей, что ты сидишь за решеткой? Я ведь считала Ирину твоей очередной любовницей! Ты снова видишь во мне слабое звено, пытаешься умалчивать о своих проблемах, недоговариваешь, а я придумываю несуществующее и накручиваю себя. Разве ты не понимаешь, что ничего не меняется, а ты раз за разом совершаешь одну и ту же ошибку?
— Тише, малышка… — он все же поймал меня за руку и привлек к себе.
— Мне кажется, тебе нужно успокоиться и просто довериться мне в этой ситуации. Я тебе не враг, и я не стану вершить беспредел. Я не хочу в своей жизни других женщин, а это все делаю ради нас и нашего будущего."
"— Думаешь, мне нужны эти богатства? Твое новое влиятельное имя и все эти разборки? Почему не отдать им то, что они хотят и навсегда забыть об этих людях? Начать все с чистого листа?
— Хорошо, Лера.
Я отвечу, почему так сделать не могу. Когда человек оказывается на самом верху, а у подножья его пьедестала маячит сильный конкурент, то спуститься можно только одним способом — это сокрушить противника. Понимаешь о чем я? У меня нет выбора. Либо сбросят меня, либо… — повисла недолгая пауза, а затем он продолжил: — Именно поэтому я ничего чего тебе не рассказывал. Я давно понял, что тебе нет дела до денег и всего, что я заработал, а ты захочешь соскочить.
Эти слова про соскочить отчего-то так сильно меня задели. Я тоже была пострадавшая сторона в этой ситуации, и даже если двоюродная сестра Олега встала на его защиту, хотя они большую часть жизни не знали друг о друге, то почему я не могла поддержать Олега в такую минуту? Ведь это все было ради нас и будущего нашего сына, правда? Почему Олег так недооценивал меня?
— Мне… нужно умыться, Олег, и привести себя в порядок перед встречей с нотариусом.
