Предвосхищая беспардонность Олега я отрезала для него любые пути к действию и предложениям заехать и пообщаться с ребенком.
— Я понял, — он улыбнулся, подозвал официанта, расплатился за наш ужин, и мы направились на выход. — С Романом, вы еще успеете накататься в мое отсутствие, а пока я сам отвезу тебя домой. Идем, Лера.
29
— Лера, ну что вы выдумали? Куда я поеду? — запричитала мама. — Вы вместе поезжайте, а мне уже не нужно ничего. А если мне плохо станет? Отдых вам испорчу? Зачем? Это он тебя надоумил? — посыпался на меня шквал ее вопросов и возмущений, как только Олег вышел из палаты.
— Все будет хорошо, — спокойно произнесла я.
Хорошо, конечно, уже ничего не будет, но я устала думать о том, что скоро мамы не станет. И на предложение Олега я согласилась, потому что Москву эти три дня заливало дождем, а я хотела к солнцу, в тепло и подальше от своих грустных мыслей. Одна бы я не отважилась никуда лететь, а всем вместе да еще с человеком, который будет помогать присматривать за мамой, почему нет?
— Ну, не знаю… Я вам там зачем, Лера? — не сдавалась мама, а я закатила глаза, и, встав на ноги, отошла к окну.
Устремила взгляд в серое небо: тучи нависали так низко, а дождь не прекращался который день, и лужи на асфальте стали безразмерными, похожими на небольшие озерца.
— Ирина Сергеевна, что вам стоит уступить? — раздался голос Олега за спиной, а я вздрогнула.
Вцепилась руками в подоконник и обернулась в сторону двери. Я даже не услышала, как она открылась и Олег вошел в палату. Он держал на руках Даню.
Сынок капризничал, и они вышли развеяться в коридор на несколько минут, пока мы с мамой говорили о предстоящей поездке. Точнее я ее уговаривала, а она никак не хотела соглашаться.
Олег подошел к кровати, на которой лежала мама, а та смущенно улыбнулась и потянула руки к внуку. Я молча наблюдала за ними со стороны и решила больше не вмешиваться и не уговаривать маму, потому что ей необходимо было время, чтобы подумать. Она даст свое согласие, но чуть позднее, когда успокоится и поймет, что ничего ужасного с Олегом мы ей не предлагали.
После того совместного ужина в ресторане и времени проведенного вдвоем, мы с ним не виделись три дня. Затем Олег начал снова приезжать по вечерам, как и обычно. Мы общались с ним на общие темы и все они касались исключительно здоровья мамы или досуга Дани. И мне совсем не нравилось, что Олега становилось так много в моих мыслях, сердце и жизни, а он совершенно не давал никакого послабления и шел напролом, как танк.
