К нашему кораблю пристыковался корабль командора, и Коста вызывает меня для совещания. Через пару часов надо дать ответ, – Максус быстро чмокнул меня в губы и поспешил на выход. – После завтрака придет док. Не обижай его, прошу, – добавил мужчина уже в дверях.
– Хорошо, – лишь успела ответить вслед мужчине и побрела к кровати. Есть не хотелось, но, видимо, это только мозгу не хотелось, а желудок радостно заурчал и напомнил о себе. Да и голодать нельзя, это малышу явно на пользу не пойдет.
Коста.
Когда в шлюпе, который мы подобрали в космосе, было бессознательное тело Маши, я думал: умру.
Первая мысль была, что ее тело отправили нам. Что-то вроде “держите и подавитесь”. Про то, что девушку необходимо выдать живой и здоровой, мы как-то позабыли указать. Затем док успокоил меня, что девушка всего лишь в отключке из-за перегрузки, усталости и стресса. Да еще и в ее положении.
– В каком положении? – я сперва не понял, о чем говорит мой друг, он же корабельный доктор."
"– Она беременна, – ответил собеседник, и мое сердце ухнуло куда-то вниз.
Была радость и надежда, что я отец ребенка. Но я боялся этих эмоций, этой радости. Иначе горечь разочарования отравила бы всего меня изнутри. Я ждал чего-то плохого. Что бакайцы подсадили в нее какой-то эмбрион, используя как инкубатор для своих опытов, что именно для этого и похитили. Но это было глупо. Я ожидал, что она забеременела, пока была на этой отсталой планете с дикарями, и это был даже самый вероятный исход. Но то, что мне сказал док, повергло меня в шок.
Маша беременна от хармита.
Если до этого я не рассматривал Максуса как соперника, потому что… Ну какой из него соперник? То сейчас я еле сдержал себя, чтобы не наброситься на него с кулаками. Уверен, что пока я делал вид, что мне плевать на эту навязанную мне землянку, Максус воспользовался ситуацией. И что девушке была нужна ласка, и что она тосковала по дому. И соблазнил ее. А реакция Максуса на беременность Маши, то, что она начала чувствовать его эмоции, это лишь доказало, что девушка беременна от Максуса.
Я ненавидел его и желал ему смерти. Я не понимал, что со мной происходит, не понимал, что творю, когда в какой-то бессознательном состоянии, полуголый пришел из своей каюты в комнату девушки. Я специально не ложился спать до поздней ночи. Выискивал пути выхода из ситуации, в которую угодила моя пара, и, кажется, нашел их. Но мысль, как на вилле я каким-то образом оказался в постели Маши, заставляла бодрствовать.
