Но такое происходит редко».
«А уголовники среди санитаров встречаются?» — спросил я.
«Бывает и такое. Но, как правило, эти люди — не закоренелые сидельцы, а получившие судимость по какой-то случайности или по дурости. Когда-то, давным-давно, двое санитаров промышляли тем, что снимали золотые коронки с покойников — очень пошлое занятие. Наснимав какое-то количество, они пошли реализовывать свой товар — куда, как вы думаете? На остановку общественного транспорта, где их тут же «приняли» сотрудники милиции. Начальник приложил массу усилий для того, чтобы их не посадили, и с тех пор они ни разу ничем подобным не занимались».
«Простите за вопрос, — опять перебил я, — а извращенцы попадаются?»
«Вы имеете в виду некрофилов? Нет, я о таких случаях не слышал. Однажды ко мне приходил устраиваться санитаром мужичок. Нормального вида, не алкоголик, одет прилично. Когда я ему объяснил, что денег больших он не получит, он сказал: «Да что вы, доктор, какие деньги? Мне бы за мертвое тело подержаться».
Конечно, я его не взял. Наверное, это и был извращенец.
Коллективы санитаров, как правило, устоявшиеся, люди работают десятилетиями, если здоровье позволяет. Встречаются и санитарские династии: мать и сын, брат и сестра, отец и сын — не редкость…"
"Так как на моем будущем месте работы мне предстояло осматривать и живых лиц, я больше месяца провел в судебно-медицинской амбулатории и тоже многому там научился. Заведующий ее — Анатолий Самойлович Шаровский — колоритный пожилой мужчина в плоской белой медицинской шапочке; у него были белые усы и хитроумные глаза, которые, однако, иногда смотрели так, что становилось не по себе.
Профессионал, прекрасно знающий законы и порой лучше следователей умеющий объяснить и донести суть. Сотрудники его отделения помогали мне, как могли: я присутствовал на освидетельствовании задержанных по подозрению в совершении какого-то преступления, участвовал в приеме граждан, получивших повреждения (как правило, это люди, пострадавшие в бытовых конфликтах в нетрезвом состоянии), осматривал жертв половых преступлений, работал с историями болезни и ходил в суды.
Существует ошибочное мнение о том, что работать с живыми людьми проще, чем с трупами. На самом деле это не так. Эксперт отдела потерпевших, обвиняемых и других лиц должен обладать гораздо более глубокими знаниями из многих медицинских специальностей, обязан уметь правильно анализировать историю болезни и другие медицинские документы.
