Это придаёт мне уверенности и навивает вульгарные мысли.
Сердце предательски сжимается при мысли о сообщении на телефоне, который беззаботно откинут в сторону и забыт. Это толкает меня жить моментом. Здесь и сейчас. Нужно просто представить, что тут есть только и мы. Это наше мгновение. Минуты, когда мы можем любить друг друга.
Где-то на подсознании зудит факт, что мы не закрыли на ключ дверь. А надо бы.
Я наклоняюсь, откидываю волосы в сторону, чтобы они мне не мешали, и рассматриваю его вздыбленный член.
Вспыхивая до корней волос. В детстве я и представить не могла, что окажусь между его ног, похотливо облизываясь, любуясь его достоинством весьма внушительного размера.
Немного теряюсь, не зная с чего начать. У меня нет в этом опыта. Мои знания о минете заканчиваются тем, что нельзя кусать и нужно сосать. Но на этих двух всем известным фактам далеко не уедешь.
— Он намного больше чупа-чупса. — заключаю деловито, виновато поглядывая на Макса, откровенно забавляющегося от моих попыток доставить ему довольствие.
Он еле сдерживает ехидную ухмылку, чтобы не задеть мои чувства.
— Есть немного. Но ты попробуй, вдруг тебе понравится? — он говорит точно Змей Искуситель. Уверена, именно так предлагали красное яблочно в Эдемовом саду.
Я обхватываю его губами, поражаясь, что он вообще помещается во моем рту. Просто насаживаюсь на него глоткой, словно зачехляя инструмент. Кажусь себе неуклюжий. Но хриплый стон Беса говорит, что я двигаюсь в правильном направлении.
Он просто теряет самообладание и откидывается на подушки.
Подключаю язык, скольжу по бугристым венам, изучая его и пробуя на вкус. Он определенно занимательнее чупа-чупса и вкуснее. Испытываю просто кайф. По телу разливается новая волна жара, от которой я становлюсь мокрой.
Ритмично работаю, входя во вкус и испытывая возбуждение. Такое чувство, что мной руководит невидимая рука. Не знаю, что делать, просто слежу за Максом и ласкаю.
Бес дёргается, а конь в моем рту начинает двигаться.
Рот заполняется горячим семенем. Мощная струя ударяет глубоко в горло. От неожиданности я перестаю дышать и испуганно хлопаю глазами, перед глазами начинает все кружиться.
— Глотай… — командует он, и моё тело повинуется хриплому голосу быстрее, чем мозг обрабатывает полученную информацию. Оно вообще слушается его лучше, чем меня. — Блядь. Не припомню, чтобы ты любила леденцы.
— Это первый, к которому у меня появился интерес. — лукавлю.