Щупальце добралось до каски с диодом и теперь волочило ее по гранитному полу. Каска скрежетала. Только не сломай, сука.
Держа лампу в левой руке, Иван лег на платформу и высунулся из-за угла.
Ну, ни фига себе.
В первый момент он даже решил, что это опять галлюцинация. Нечто похожее Иван видел в последнюю вылазку с Косолапым на поверхность, когда они специально вышли к морю, чтобы посмотреть — что там.
И на берегу лежали останки.
Тогда они прошли по набережной совсем немного, в воду зайти так никто и не рискнул. Кроме Косолапого, но тот всегда был безбашенным.
И везучим. Он выбрался из черных волн, набегающих на гранит, позади него гавань резали плавники; вдалеке, у дамбы, в темной воде, разбрызгивая светящиеся брызги, билось что-то огромное. То ли кого-то ели, то ли с кем-то совокуплялись. Иван вспомнил ослепительно белую, словно прорезавшую полумесяцем темноту, улыбку Косолапого. Везунчик.
А на обратном пути оказалось, что Косолапый свое везение исчерпал.
Иван смотрел на вытянутое, метра два, два с половиной длиной, обтекаемое, как у подводной лодки, тело — сквозь прозрачную кожу были видны внутренности: зеленоватые жабры, бледно-розовый нервный узел (мозг?), желтоватое сплетение кишок.
Такая выставка-разделка. Волна омерзения нахлынула на Ивана. Из пластиковой твари тянулись десятки тонких щупалец, которые непрерывно шевелились. Выглядело это так, словно кто-то заварил кипятком большую (очень большую) тарелку китайской лапши, а потом выплеснул в лужу.
Дядя Евпат рассказывал: в океане на большой глубине, где нет света, живут прозрачные рыбы.
Тогда за каким чертом сюда, в метро, занесло эту глубоководную мразь? Мы-то тут понятно зачем, а этим что надо?! Нашли себе Ноев ковчег, сволочи.
Огромные розовые глаза по обе стороны головы смотрели невозмутимо. Как Ивану показалось, даже с иронией.
Когда на тварь упал свет карбидки, там словно плеснули кипятком. Все зашевелилось. Щупальца взвились вверх и в стороны, ища обидчика."
"Тварь лежала в мутной воде, возвышаясь на половину корпуса.
Иван подумал: вот, черт. И, размахнувшись, швырнул мешок с карбидом поближе к твари. Мешок в полете раскрылся, карбид полетел в воду — плюх, пш-ш-ш, забулькало, зашипело, словно это гигантский бульон. Повалил пар, закрывая тварь от взгляда Ивана.
Иван подался назад. Если ацетилена соберется достаточно, то даже искры хватит, чтобы все вспыхнуло.
Или даже взорвалось.
Но хватит ли для этого карбида? К черту! Иван перекатился в сторону, уклоняясь от щупальца.
