— Леонид Аркадьевич, странные дела у нас творятся, — говорит Батуров. — Кто-то роет под меня.
— Разберись, — следует небрежный ответ. — Не в первый раз.
— Так — в первый.
Повисает пауза.
Хорошо. Ситуация с фондами показывает Батурову, что виновный в его проблемах может оказаться вне поля зрения. И вполне вероятно, никак не связан с родней.
Он включается. Оценивает масштаб поражения
— Сегодня куча исков прилетело, — говорит Батуров. — На каждый из моих заводов. Там свыше двух тысяч будет. И запросы по сделкам. Мы их, понятное дело, прикроем, но чую, дальше продвинут…
— Ты мне зачем эту херню рассказываешь? — мрачно бросает его собеседник.
— Еще и по телефону.
— Так никто не прослушает. Твои же безопасники поработали.
— Захотят — прослушают везде, — отрезает. — На следующей неделе буду с визитом у тебя. Тогда и пообщаемся.
На следующей неделе, значит.
Чем раньше загнать Батурова, тем лучше. И если бить, то наверняка. Чтобы у его “крыши” не осталось ни единого рычага повернуть ситуацию в свою пользу.
— Фонды проверять начали, — бросает Батуров.
— Когда?
— Вот, — отвечает. — Сейчас. Официальное уведомление придет завтра утром. Но мои источники донесли раньше.
— Распустил ты своих.
— А я уже не уверен, что “свои” воду мутят.
— Тогда кто?
— Вам виднее, Леонид Аркадьевич. Может сверху команду спустили.
— Не было ничего, — говорит. — Я бы знал.
— Я так и подумал, но…
– “Своих” проверь. Нам проблемы не нужны. Особенно по фондам.
— Проверю.
На этом разговор и заканчивается.
Батуров ни слова не выдает про меня.
Хотя мое досье уже час лежит у него на столе. Прочитано от и до. Но из этого досье нихуя непонятно, как я на воле оказался после пожизненного срока за кровавую бойню.
Мог бы у “крыши” поинтересоваться. Леонид Аркадьевич не последний человек в стране. Для него не проблема прояснить любую ситуацию.
Теперь ясно, почему Воронцов через меня действует. Но нечто такое я и прикидывал сразу. Слишком высокие ставки.
Только Батуров молчит. Догадываюсь, где скрывается причина.
Скоро станет понятно наверняка.
А пока я бы и сам хотел кое-что прояснить.
Где, блядь, Каримов?
Опять, сука, нарывается. Порученные задачи выполнил и в момент съебался. Личное у него. Охуеть. Никак не угомонится.
— Готово, босс, — докладывает помощник. — Камеры подключены.
Перевожу взгляд на экран."
"В доме Батурова собираются на ужин его близкие. Усаживаются за стол, тихо переговариваются. Но к еде никто не успевает притронуться.
Батуров резко поднимается.
