Обобщённый ответ и никакой конкретики. Иду следом, восторгаясь моментом. И вообще, моя цель – расспросить Ильича про жениха внучки: кто такой, откуда и насколько всё серьёзно. Потому как сама Маша бросается односложными фразами без фактов и подробностей. Любая девушка, которая состоит в отношениях, где мужчина имеет статус «жених», кричала бы об этом на весь мир. Но не Маша и не всем.
– Здорово! А мы вот с Ильичом чай пьём!
Встретить Серёгу в доме Метелиных я ожидал меньше всего, точнее, не ожидал совсем. Как и Маша, которая, застыв рядом со мной, молча осматривается.
– Привет…"
"– А вы где были? – Друг переводит взгляд с блондинки на меня и обратно.
– На маяке. Вчера уехали, только вернулись, – за меня отвечает Маша, не позволив открыть рот.
– Вдвоём? – Брови Горохова ползут вверх, как и тональность голоса, который выдаёт неприкрытое удивление и даже возмущение.
– Да. Что не так? – Теперь вопросы задаю я, не понимая реакцию Серёги, в которой слышится претензия. – Поехали вчера, попали в метель и остались на маяке, пока погода не улучшилась.
Ильич, всё проверили, – обращаюсь к деду Маши, – оборудование работает, запасы топлива приличные, никаких неисправностей не выявлено.
– Да, деда, всё в порядке, – поддерживает Маша. – Журнал проверила, всё отметила.
– Вот и хорошо, – потирает ладони старик, поднимаясь и идя на выход. – Пейте чай, а я отдыхать пошёл.
Скорость, с которой Ильич покидает кухню, даёт понять, что Серёга его порядком утомил. Как правило, люди, которые нравятся пожилому человеку, надолго задерживаются в его доме.
Маша приглашает меня за стол, но беседа не клеится, потому как Горохов снова и снова возвращается к нашей поездке на маяк, выспрашивая детали, которые его не касаются и не могут быть интересны. Напрягает, что он делает попытки прикоснуться к Маше при каждом удобном случае. Будто случайно, но всё же намеренно. Его поведение и неоднозначные посылы в сторону Маши отдаются во мне неприятным клёкотом, который всё сложнее усмирить и создавать вид, что я телодвижений Серёги не замечаю.
– Ребят, вам пора. – Не проходит и получаса, как Маша начинает нас подгонять. – Хочу отдохнуть после беспокойной ночи на маяке.
– Конечно, – сразу понимаю, что девушка желает избавиться, скорее, от Горохова с его неуместным любопытством, всё же надеясь, что мне симпатизируют больше.
Прощаемся, покидая дом смотрителя, и, как только за спиной закрывается дверь, Горохова срывает:
– На маяке, насколько я в курсе, диван один.
