И мне бы сейчас бежать подальше от разъярённого мужчины, но вряд ли у меня получится прорваться к двери незамеченной. Надоело терпеть постоянные придирки и язвительные комментарии в свой адрес, когда команда не выполняется в течение нескольких секунд.
– Мне нужен этот контракт. Либо ты находишь способ связаться с Мельниковым, либо…
– Я уволена? – Продолжение этой фразы мне хорошо известно.
– Именно.
Видимо, чтобы не сказать лишнего, Власов срывается с места и покидает мой кабинет, с силой хлопая дверью. Закрываю глаза и мычу в голос, спуская пар и борясь с желанием прямо сейчас положить на стол шефа заявление на увольнение.
И пусть сам ищет Мельникова, проводит переговоры и налаживает контакт. А это для Власова невыполнимо, потому как у него значительные проблемы с контролем гнева.
Не пробыв в кабинете и десяти минут, поднимаюсь, накидываю дублёнку и спешу на выход, чтобы отправиться в офис Мельникова. Даю себе обещание, что это последняя попытка пробиться к руководителю «МельникГрупп», затем лишь ожидание и, скорее всего, увольнение.
Дорога занимает почти час, а когда попадаю в огромный офис, занимающий десять этажей в высоком стеклянном здании, сталкиваюсь с Арсением – личным помощником Мельникова.
– Опять вы? – воет в голос, закрывая глаза. А я его «рада» видеть так же, как и он меня. – Маша, я же уже объяснял, многократно, – идёт по коридору, а я семеню следом, – что Алексей Павлович уехал. Далеко. В отпуск. Каждый год так делает. И, предугадывая ваш вопрос, – резко останавливается, отчего я утыкаюсь носом в его спину, не успевая затормозить, – личный номер я не дам.
"
"О как, оказывается. Есть личный номер. Не может не быть. Остаётся немного надавить на парня, чтобы получить заветные десять цифр и связаться с Мельниковым. Но Арсений настроен враждебно, о чём свидетельствуют поза и сложенные руки на груди. Потребуется немало усилий, чтобы пробить непробиваемого помощника.
– Арсений…
– Мария…
– Арсений, – продолжаю, не обращая внимания на его недовольство, – я понимаю, что вы получили чёткий приказ от босса.
Более того, понимаю, что все люди имеют право на отпуск, а такие, как Мельников, стараются ограничить контакты, чтобы отдохнуть мыслями и душой. Но и вы меня поймите: если я не свяжусь с ним, завтра же буду уволена, потому что мой шеф отдыхать, увы, не умеет и даже отпуск не берёт. О чём мы всей фирмой очень, очень, очень сожалеем, – прикладываю ладонь к груди, чтобы Арсений понял масштаб сожалений. Парень улыбается, снисходительно кивая.
