– В таком случае, – подхожу вплотную к мужчине, приподнявшись на носочках, – вам следовало соблюсти элементарные нормы приличия, а именно: помочь, извиниться, пожалеть. По всем параметрам я потерпевшая.
– Да я хотел! – оправдывается.
– Так хотел, что не удержался от едких замечаний, пока я делала попытки подняться и сохранить остатки гордости, которую вы размазали на глазах у множества людей.
– Маша…
– Мария Егоровна!
– Мария Егоровна, – делает глубокий вдох, а я нетерпеливо жду ответа мужчины, – приношу свои искренние, – прикладывает ладонь к груди, – извинения.
Всей душой сожалею о произошедшем и хочу загладить вину любым выбранным вами способом.
– Есть варианты?
– К примеру, могу пригласить вас в ресторан.
– Не наблюдаю здесь ресторанов, – демонстративно осматриваясь по сторонам, заглядывая за Сказочника, – или вы сами его построили?
– В Магадане есть пара неплохих.
– И как, интересно, я туда доберусь?
– Это я беру на себя.
Отвезу и привезу, – уверяет меня Алексей, окрылённый преподнесённой идеей.
– Я, знаете ли, теперь побаиваюсь транспортных средств. А транспортных средств, управляемых вами, тем более, – морщу нос и поглядываю на старенькую Ниву.
– Если вас смущает её вид, могу предоставить другую, – кивает в сторону фыркающей развалюхи.
– А есть другая?
– Есть, – торжественно объявляет мужчина. – Даже на выбор.
– Да-а-а? Мне Ягуар нравится, – поддерживаю игру, в которую Сказочник верит.
– Не вопрос. Всё, что пожелаете!
Он чеканит это так уверенно, что у меня закрадывается всё больше сомнений: непрост Алексей, ой не так непрост, как уверял дедушка. За этим «своим парнем» скрывается нечто более сложное.
– Я желаю… – специально делаю паузу, едва не растягивая губы от удовольствия и забавляясь реакцией мужчины. – Чтобы вы, товарищ Сказочник, исчезли из моего поля зрения и никогда больше не появлялись.
Несколько секунд Алексей обдумывает мои слова, а затем неожиданно выдаёт:
– Я в этом случае буду прощён?
– Да.
– Договорились, – хватает мою руку и довольно пожимает. – Только, пожалуйста, скажите деду, что я извинился и конфликт исчерпан. Мне важно, чтобы Ильич был в курсе моих попыток и нашей договорённости…
– Что?! – Наконец, понимаю, что всё это представление он устроил с целью обелить себя перед дедушкой. – Ах, вот как… – задыхаюсь от негодования.
