Он попросил меня о разговоре на пятый день нашего сидения и сказал, что то, что рассказывают в казарме о новом бароне, отвратительно.
– Поймите меня, ваше сиятельство, я не сплетник, я военный. Но я боюсь осложнений. Скажите, сможете ли вы потратить десять-пятнадцать салемов безболезненно для себя, если вдруг понадобится?
– Капрал, я не очень понимаю, что вы собираетесь купить на эти деньги, но никакая сумма не велика, если речь идет о безопасности.
– У меня есть пара мыслей, как вас вывезти отсюда. Бог даст – может, и не понадобится.
Но я бы хотел подстраховаться. Мне очень не нравится отношение барона к прислуге. Мне, сказать по чести, ничего здесь не нравится! Не хочу вас пугать, ваше сиятельство, но лакей, которого пороли вчера, вряд ли выживет.
– В чем он провинился, капрал?
– Я не присутствовал там, ваше сиятельство, но говорят, что ни в чем. Барон был пьян и упал, а лакей просто не успел поддержать его. Здесь очень нехороший дом. И не думаю, что барона остановит ваш титул, если он задумал пакость.
Мерзкое место!..
– Тратьте любые деньги, капрал. Любые! Понимаете?
Леди Ровене и дамам я, естественно, ничего говорить не стала.
На седьмой день сидения в обед пришел лакей и пригласил меня на разговор с бароном. Я пошла вместе с фрейлинами, но предварительно вызвала капрала и приказала поставить караул из четырех человек внутри комнаты. Не стоит открыто напрашиваться на неприятности.
Барон был выпивши, но не так, чтобы совсем не соображать.
– Ваша светлость, я хотел бы поговорить о семейных делах.
Не могли бы вы удалить ваших дам? Ни к чему даже преданным слугам знать некоторые подробности.
– Увы, господин барон, но это невозможно. Такое нарушение правил приличия! Вас извиняет только тяжесть вашей потери…
– Ну, что ж, мадам, вы сами так захотели! – Он гнусно ухмыльнулся. – Признаться, я хотел сделать вам вполне деловое предложение. Думаю, денежные дела легче обсуждать с глазу на глаз. Вы по-прежнему настаиваете?
– Барон, об этом не может быть и речи!
– Хорошо.
Я предлагаю вам оставить леди Ровену здесь. Да, она нищая, и отец был очень предусмотрителен… А в вашем графстве, насколько мне известно, до сих пор не открыли золотого месторождения! – Тут он заржал, веселясь собственной шутке. – Так вот, зачем вам заботиться о нищей родственнице, прихоти которой лягут тяжким бременем на разоренное графство? Леди Ровена, надо сказать, привыкла и к дорогим украшениям, и к дорогой одежде. А я вполне могу содержать вдову своего отца.