Не долетев до спины Чимоданова, ракета остановилась, по дуге проделала обратный путь и с грохотом взорвалась в корзине, из которой за миг до этого кубарем вылетел паникующий Зудука.
Чимоданов как ни в чем не бывало, взял Зудуку за ногу, снисходительно кивнул Даф, будто не она ему, а он ей сделал одолжение, и стал подниматься по лестнице. Зудука болтался головой вниз и корчил злодейские рожи. Даф спрятала флейту.
– А где Мефодий? Куда он подевался? – спросила она.
– Да он вечно так. Договариваешься с ним, что он придет через восемь минут, а он приходит через восемь часов.
Он тот еще опоздун! – сказала Улита.
– Но где он все-таки?
– Не знаю. Таскается где-то. Приходится мне одной, бедной, комиссионеров учить! Вот этими вот хрупкими женскими руками! – пожаловалась ведьма.
Даф посмотрела на хрупкие руки Улиты, которые были толщиной в ее ногу.
– А ты что, скучаешь? – вкрадчиво продолжала ведьма.
Даф спохватилась, что едва не выдала себя.
– Кто, я? Нет, конечно! Но самое возмутительное, что он свистнул моего кота! Гадство, да?
– Ну и что? Я бы на твоем месте не беспокоилась.
На шапки таких лысых не принимают, – утешила ее Улита.
– Это да, но зачем ему вообще кот? А тот-то, злодей, рад был увязаться! Прогрызает, небось, мусорные баки и трескает селедочные хвосты! – сказала Даф сердито.
– Пусть хоть немного порадуется жизни. Кот, конечно, не зебра, но тоже прикольно! И вообще: как это ты не знаешь, где сейчас Мефодий? Ушам своим не верю! В конце концов, ты же светлый страж!
Даф покачала головой.
– Это ничего не значит. Последние месяца три он сильно повзрослел и пошел в отрыв. Наращивает мастерство с каждым днем. Даже не знаю, радоваться этому или... – сообразив, что едва не выдала себя, Даф остановилась. Тот, кто служит мраку, должен радоваться, что наследник, наконец, взялся за ум.
– А если подзеркалить? – любознательно предложила Улита.
Она сосредоточилась и указательными пальцами стала массировать себе виски.
– Нет, не получается... Не пускает! Ну, Буслай! – с восхищением сказала она минуту спустя.
– А я иногда слышу его мысли... Причем без всякой телепатии. Но только совсем недолго. Очень отрывистые мысли... Точно на минуту или две открывается форточка, а затем захлопывается, – призналась Даф.
– И о чем он думает?
– Да говорю же, ничего монументального. Даже досадно! Последний раз я слышала его, когда он по, купал пирожок с капустой и думал, есть ли пупку...
– Ну-ка, ну-ка! Какую пупку? – заинтересовалась Улита.
– Ну пупку...
