Однако тянет время заведомо пустым разговором. Уж не ждет ли он подкрепления?
И как бы в ответ на этот вопрос с улицы донесся крик Бессонова:
– Князь! Из деревни к подворью идет крупный отряд на конях, ратников тридцать.
– Вот ты почему тянул время! – воскликнул Савельев.
Ростов выхватил саблю.
– А ты думал в чужих землях делать то, что дозволено на Руси? Вся твоя дружина поляжет здесь бесславно. А чтобы тебя не терзали сомнения, скажу: да, это я был предводителем шайки, убившей царевича. И я убил бы его еще раз.
Как с удовольствием убил бы и самого царя. Наш царь – князь Старицкий. А теперь сдохни, верный царский пес.
Савельев тоже выхватил саблю. Теперь ему было не до речей.
– Гордей! Занимайте оборону по городьбе, второму отряду захватить дом. Биться до последнего.
– А ты?
Ответить Савельев не успел, на него налетел Ростов, превосходно владевший саблей. Но – не лучше, чем воевода особой дружины. Дмитрий отбил первый удар Ростова и вынужден был отойти в сторону от дверей. Изменник просчитал удар.
Савельев оказался в части террасы, сильно захламленной разной рухлядью. Ростов нанес второй удар. И вновь воевода отбил его, но, отскочив назад, налетел на старый сундук и упал. Ростов торжествующе рассмеялся:
– А ты не так силен в сабельном бою, князь, как я думал и как о том мне говорили. Я бы дал тебе время помолиться, но не до того.
Он поднял саблю. Оружие же Савельева зажало между сундуком и бревенчатой лавкой. Отбиться было нечем, нож против сабли – не оружие, легкая кольчуга тоже не спасет.
В момент пред глазами промелькнуло в слезах лицо Ульяны. Дмитрий попытался ударить ногой по голени Ростова, но тот отошел назад и занес саблю. Проскочила мысль – вот и все, как глупо. И тут же – вскрик Ростова! Сабля выпала из рук, он рухнул на бок, ударившись головой о дощатую стену. За ним – Горбун с зажатым в руке шестопером.
– Вовремя я, князь?
– Осип? По гроб жизни буду обязан тебе.
– Пустое. Мы перебили людишек в доме, я кинулся сюда на подмогу. И в самый раз получилось.
Голова Ростова была цела, посему Дмитрий спросил:
– Куда ты угодил ему своей «колючей» булавой?
– А по хребту вдарил. Не сильно – спешил дюже.
– Помоги подняться!
Горбун протянул руку. Савельев встал, выдернул из-за сундука саблю.
– Побили, говоришь, людишек в доме?
– Да.
– Погоди, а Бессонов кричал, что к подворью идет крупный отряд.
– Шел, а где сейчас, не ведаю, но коли не напал еще, то, значит, стал супротив. А пошто? Узнать?
– Узнай.
