Мы тогда заняли часть уцелевшей после подрыва стены, сотня же вошла в крепость. А потом узнали, пропал сотник. Он с десятком пошел по малой улице, а там казанцы большим числом. Ну и порубали стрельцов. Тела оставили на этой улице, их потом чрез ворота вынесли, среди них Агатова не было. Пропал сотник. Подумали, что казанцы в полон могли его взять, а потом изрубить, а разрубленное тело в колодцы бросить али собакам. А он, оказывается, живой и невредимый. Это, князь, он был головой отряда, который захватил Баймака и Агиша.
Все же сотник он смелый, отчаянный и умный.
Савельев кивнул:
– Добре. Теперь знаем, кто у Ростова за воеводу. Что еще?
– Видели еще мужика рядом с князем. Всего возле него четверо из ближних людей да личная стража из трех стражников. Все они за домом, отсюда не видать.
– Приблизиться к ним не пытались?
– То не можно, князь. Выдали бы себя. Так что видеть видели, а о чем они гутарили, извиняй, неведомо. Но готовятся к сваре, так считает и Гардай.
– Ожидают нашего появления?
– А кого им еще ждать?
– Верно.
Коли ждут, мы придем. Баймака с Агишем не видали?
– Нет, их не видали. Но коли попали в плен, верно, сидят где-нибудь в подвале или в яме, не видимой от пруда.
– Не могу понять, зачем их брали.
– Я думаю, прикрыться ими, если оборона начнет рушиться при атаке особой дружины.
– Возможно. Ты идешь обратно к Гардаю?
– Это как ты повелишь.
– Слушай команду! Гордей Бессонов с сыном Власом, лучниками Истомой Уваровым и Надежей Дроздом вместе с Рустамом Тураном выходите к месту, где расположился Икрам Гардай.
Там затаиться и быть в готовности подстрелить, кого будет видать, но только не Ростова. Его можно, но не смертельно.
Атаковать подворье от пруда. Никого не жалеть, окромя Ростова, с ним у царя разговор особый будет. Остальные остаются при мне. Будем выходить на подворье с центральных ворот. Лучнику Дроге тако же быть готовым стрелами побить тех, кто попадет под руку. Сигнал для нашей атаки – три крика кукушки. Это когда второй отряд дружины выйдет к Гардаю.
Сигнал для атаки с тылу – трель соловья. Все, Гордей, быстрее уводи ратников.
Отряд из пяти воинов пошел к балке. Остальные собрались вокруг воеводы. Горбун вложил саблю в ножны, достал свой излюбленный шестопер. С рассветом над местностью пронесся крик кукушки, три раза.
Савельев осмотрел ратников, поднял саблю.
– Вперед, воины, за царя-батюшку и Русь нашу святую!
Отряд Дмитрия вылетел из леса лавой, поднимая облако пыли, что было на руку основной дружине.
