Неужели, его так мои зубки заводят?
Начинаю двигаться все быстрее, и Павел уже весь изнемогает от нетерпения. Он грубо хватает меня за волосы и разворачивает к себе мою голову, заставляет смотреть ему в глаза. Затем сдавливает рукой шею, заставляя меня показать ему мой животный страх.
– Чертовка, опять плохо сосешь?! – рычит он и снова насаживает мою голову на свой член, помогая себе рукой и одновременно, ускоряя темп.
– Я стараюсь… Хочу чтоб ты кончил, – пытаюсь оторваться от его члена и произнести эти слова, но губы меня не слушаются.
Он вновь силой возвращает мою голову и держит ее руками, сам начинает судорожно подпрыгивать на месте, вгоняя в меня свой ствол. Одна рука снова хватает мою шею и он начинает щупать то место, где его член раздвигает мою гортань.
Мне трудно дышать от его сильной ладони на шее, но от этого наслаждение еще ярче. Он всегда безошибочно понимает, от чего я возбуждаюсь, хотя я никогда в этом не признаюсь.
Он спускается на пол и встает на ноги, затем подтягивает меня, лежащую на спине, к краю кровати, так, чтоб свесилась голова.
Его мужское достоинство снова входит, как по маслу в мое горло. Я выгнулась в спине, держу его за ягодицы, направляя все глубже к себе в горло.
А Павел уверенно возвышаясь надо мной, ползет руками по моему телу, касается живота, и уже дотягивается до самого сокровенного места. Его нежные, но властные пальчики двигаются все резче и глубже, он практически разрывает меня ими. Я хриплю от настигающих меня волн, от огромного члена, перекрывающего кислород, и от того, как он толчками кончает в меня.
Павел тяжело дышит и осторожно вытаскивает из меня свой член. Я быстро переворачиваюсь на живот и мои руки проскальзывают по его, все еще, напряженному инструменту вверх и вниз, я захлебываюсь слюной, посасывая его головку, и чувствую, что он вновь задает все более быстрый темп рукой на моем затылке. Ничего себе, он же почти не отдыхал, а его член снова приобретает богатырскую силу! Любой молодой парень позавидовал бы такому потенциалу.
В подвале нет солнечного света и кажется, что сейчас поздняя ночь. Тут всегда поздняя ночь, может быть поэтому, мне нравится заниматься любовью именно в этом месте?
Павел прекрасно знает, что я еще горю от желания. Мой пожар не потушен, и все тело просит прикосновений. Я возбуждаюсь от каждого движения в мою сторону, от каждого его прикосновения и настойчиво жду, что он сделает что-то такое, о чем я потом буду вспоминать с мурашками по коже.
