— И?
Лия старательно прислушивалась к реакции Родиона. Усилится ли жим его пальцев на её талии, напряжется ли мужчина. Нет. Наоборот, он перебирал пальцами, поднимаясь чуть выше и возвращался назад, точно борясь с искушением добраться до её груди.
С раннего детства Лилию приучали, что спрашивать других людей об их финансовом благополучии — неправильно. Деньги — это территория личного пространства, и никто вне семьи не должен проявлять излишнее любопытство. Не зря говорят, что счастье, как и деньги — любят тишину.
— Ты богатый человек? — шепотом уточнила Лия.
Она теперь часть семьи Родиона. Точнее, они — семья.
Мужчина прикоснулся губами к шее девушки. Чуть-чуть смазал прикосновение, чтобы не вызвать у водителя неуместного любопытства.
— Не бедный.
— Я почему интересуюсь, Родион. После окончания института я бы хотела работать. Не сидеть дома.
— Ты только на втором курсе. Ближе к пятому обсудим. Я не против, чтобы ты работала. Хочешь в отельный бизнес?
— Да, — призналась Лия и повернув голову, быстро добавила: — Я очень бы хотела заниматься нашим отелем.
Быть не только женой, но и помощницей.
Чего она не ожидала — что лицо Родиона окажется настолько близко к ней. Лия внезапно задохнулась, в груди запылало. Тема, которую она подняла, для неё очень важна. А она о чем в эти секунды подумала? Куда метнулись её мысли?
— Значит, будешь, — хрипловато бросил Родион и прочистил горло. — Рассказать тебе про город? Я люблю Дубаи.
Она согласилась. Что угодно, чтобы немного отвлечься. Давно уже стемнело, и город сиял множеством огней.
Ехали они не менее получаса. Всё это время Родион поглаживал её, не желая пересаживаться, хотя ему и было не комфортно.
Их встречали фруктами и десертами. Предложили свежевыжатый сок и коктейль.
Родион быстро уладил формальности и они, наконец, поднялись на последний этаж. Мужчина открыл дверь, распахнул её и посторонился, пропуская Лию.
— А вдруг медведь? — пошутила она, испытывая очередную волну волнения.
Надо успокаиваться. Надо. Он — её муж. Терпеливый, кстати.
Почти не рычащий. Давший ей возможность адаптироваться к нему. Ей, наверное, повезло.
Вот это «наверное» и выносило душу, выворачивало. Лия посмеивалась над собой, признавая, что она оказалась куда большей романтической дурочкой, чем предполагала изначально.
Теперь ей подавайте, пожалуйста, любовь. Не просто брак, договорной союз. Нечто иное.
Лия переступила порог и присвистнула.
— Ого. У меня жена умеет свистеть?
Лия скинула сабо и побежала вперед.
