Когда Родион поднял тонкую вуаль, прикрывавшую часть лица девушки, решительно, подавляя нетерпение, обвил рукой затянутую корсетом талию девушки и поцеловал. Прижал к себе и властно накрыл губы Лии своими губами. Она негромко пискнула от неожиданности.
Знала, что так будет. И всё же не удержалась.
Родиона было слишком много. Она не могла объяснить почему, она так чувствовала.
Поцелуй длился недолго, и Лия мысленно поблагодарила Родиона за тактичность.
Зато руку с талии он переместил к её ладони и соединил их пальцы.
Присвоил Лию себе, давая понять, что отходить от него не следует.
Что не отпустит…
Скорее именно последнее. Лия прислушивалась к себе. Штормовые эмоции, иначе не скажешь. И адреналин. Шумит, шумит во всем теле.
С разных сторон посыпались поздравления и напутствия. Лия улыбалась, что-то отвечала.
А сама лишь чувствовала руку Родиона. Он держал её ладонь. Крепко. При этом умудрялся поглаживать тыльную сторону.
Лишь когда мужчина усадил Лию в свою машину, сам сел рядом, он повернулся к ней лицом и требовательно спросил:
— Ты как?
— Не знаю, — честно ответила девушка, не решаясь отвернуться.
Да и не хотелось этого делать.
Отвернулась бы, замкнулась — выказала неуважение. Оно ей надо?
— Всё ещё боишься меня? — с хрипотцой, от которой у Лии прострельнуло в позвоночнике сотнями мелких игл, продолжил допрос Родион.
В автомобиле они были одни, не считая водителя. На что Лия не сразу обратила внимание, так это на перегородку, которая отделила их от него.
Родион постарался создать для них максимум интимности.
Зачем?
— Не боюсь, — отозвалась Лия, царапая короткими ноготками, покрытыми нежно-розовым лаком, кожаную обивку заднего дивана.
В её голосе слышалась бравада. Лия для убедительности даже подбородок кверху вздернула, а у самой внизу живота все мышцы напряглись, и грудь снова тяжелой стала.
Это всё корсет. Точно.
Родион не спешил. Пусть машина и тронулась, он явно контролировал ситуацию. От дворца бракосочетаний до выбранного ресторана езды без пробок минут сорок.
С одной стороны, не так и много для большого города, с другой — целая вечность.
За сорок минут можно переделать множества дел. Провести урок в школе, позаниматься фитнесом. Разукрасить небольшую картину и посмотреть половину фильма. Оладушки напечь и в комнате прибраться.
За сорок минут можно столько раз нацеловаться, что губы опухнут…
Кажется, последняя мысль не только ей одной в голову пришла.
