А уже потом, когда Марат вмешался, четко понял, что защитить хочу. Не дать в обиду. Ты такой беззащитной казалась. Но держалась очень хорошо. Я тебе больше скажу! Зная Марата и его семью, я уже тогда понял, что помолвку расторгнут. И обрадовался. Представляешь?
— Нет. — Лия мотнула головой, ошалело впитывая в себя каждое слово мужа. — Нет, такого не могло быть!
— Почему?
— Не знаю!
— Могло и еще как. — Родион продолжал улыбаться, оглаживая ее здоровой рукой. Больную он положил ей на талию, сжимал пальцами. Вдавливал их, точно не мог совладать с эмоциями, выражал их через прикосновения.
Она стояла, почти не шевелясь, боясь спугнуть этот момент. Он должен остаться в ее памяти! Навсегда.
Потому еще будут признания. Много. Она в этом не сомневалась. Лия сама будет говорить много и часто. Но первые — они же особенные.
— А если бы я не приняла твое предложение?
— Продолжил бы ухаживать.
Лия хмыкнула.
— Ты хотел сказать — начал? Да, верно?
Родион усмехнулся и склонился к ней еще ближе. Их губы почти соприкасались, но ни она, ни он не делали последнего движения.
Им и так было хорошо.
— Когда сегодня тебя в больнице увидел… Твое лицо, Лия. Ты не представляешь, что со мной сделала.
— Правда?
— Угу.
— Я не могла не приехать.
— Знаю. Но сомнения-то всегда есть.
— Даже у тебя?"
"— А почему их у меня не должно быть?
Потом они оба все-таки переместились полноценно на диван. Нашли на плазме какую-то нейтральную фантастику. Выдержали минут пятнадцать, а потом снова вцепились друг в друга.
— Рука, Родион…
— Я осторожно. Давай ты сверху? Как ты представляешь, чтобы я устоял, а?
А она? Она устоит?
Родион лег на диван, вытянувшись. Предварительно они его разложили, в какой-то момент поняв, что так будет удобнее. Теперь — определенно. Более того, муж умудрился снять футболку, не поморщившись. Лег, выжидая. Даже бровью не повел, делая вид, что на все согласен.
Лия оседлала его, не спеша раздеваться.
— Я до сих пор в каком-то шоке.
— Выдыхай. Хорошо? И еще… Надеюсь, я больше никогда не услышу, что у нас договорной брак?
Лия нарочно выставила ногти вперед и провела ими по груди мужа.
— Бесило?
— Люто!
От ее невинных на первый взгляд прикосновений Родион завелся. Или от того, что она села прямо ему на пах? И его эрегированный член даже через джинсы показывал, насколько мужчина возбужден.
Но он давал ей карт-бланш. Лия пока не знала, чего хочет сильнее — его в себе или продолжить разговоры. Узнать все-все. Поэтапно.
