– Как это благородно с вашей стороны. Вот уж поистине – нет предела возможностей для влюбленной женщины, и нет предела ее глупости. Вы ждете, что Маликов это оценит, да?
— Это к делу не относится, — отрезала Лина.
Относительно кассеты у Лины были большие планы. Она могла моментально устроить свою карьеру, обнародовав запись – после такой публикации она была бы нарасхват в самых престижных редакция! А могла бы сделать, как хотела Наташа – попридержать запись хотя бы пару лет, выждать, когда страсти улягутся, а потом выгодно продать кассету и безбедно жить до старости… На планах пришлось поставить крест, когда выяснилось, что Наташу убили.
Ведь ясно же, что это из-за той кассеты: Наташа и сама много раз повторяла, что это очень опасно. А теперь еще и Игорю угрожают… И дело даже не в том, что Лина без ума в него влюблена – хотя это действительно так – просто она все равно не смогла бы спокойно жить до старости с этими деньгами, зная, что кого-то из-за той записи убили. Наверное, Патрова этого не понимает.
— Не относится, так не относится, — легко согласилась Софья Павловна, — меня ваше предложение устраивает, можете в любое удобное время оставить кассету в ресторане. Официантам или метрдотелю – все равно.
— Нет, Софья Павловна, — теперь улыбнулась Лина, — так не пойдет. Я не хочу недоразумений, так что давайте нашу сделку заверим у нотариуса.
— Люблю деловой подход, Линочка, — развеселилась Патрова и пожала ее руку. – Вам перезвонят и назначат время.
После кладбища пришлось поехать на поминальный обед, который организовала Вера Борисовна.
Ехать очень не хотелось, но Наташа все—таки была ее подругой… Домой Сухарева попала только через три или четыре часа, и про то, что нужно переложить кассету, вспомнила далеко не сразу, а только тогда, когда ей внезапно пришла идея, что надо бы оставить себе копию. На всякий случай. Лина отыскала в сумочке маленький ключ от комода – пользовалась этим замком она, честно говоря, впервые. Когда она, приподняв ворох белья, нащупала рукой только гладкие доски, даже не удивилась сначала.
Решив, что что-то перепутала, она выдвинула следующий ящик и точно так же обследовала его. Кассеты опять не было. Уже в некотором беспокойстве Лина бросилась к двум оставшимся и опять ничего не нашла. Не на шутку перепугавшись, она начала выбрасывать из комода кучки одежды, а следом и сами ящики. Распотрошив весь комод, она перетрясала каждую тряпочку, надеясь, что кассета чудом откуда-то выпадет.
