Он даже не закричал. Просто смотрел на меня, остолбенев.
– Я знаю один смысл, – сказал я. – Он прост. Никогда нельзя убивать свои смыслы.
Только в этом обличье я смог увидеть, как рождается кристалл. Прямо перед моими глазами, в фокусе взгляда, будто сотканный из воздуха невидимым принтером.
Я подставил свободную руку и поймал его.
Кристалл был красно-синий, тонкий и острый, как игла.
Я вложил его лавли в искалеченную кисть, сжал ладонь, потом развернул – и дал хорошего пинка по голому заду.
Лавли бежал до самых руин, споткнувшись и упав только один раз.
Повернувшись, я увидел Ану, старшую стражу и единственную уцелевшую стражу. Они были избиты, окровавлены, но живы.
Измененные очень прочные.
Они смотрели на меня. Они были в моем темпе, значит, видели и слышали финал побоища.
Первой прижала руку к левому, человеческому сердцу старшая стража. Склонила голову и встала на одно колено.
За ней Ана и стража.
– Не надо, – сказал я. – Я этого… всего… вовсе не хотел.
Тело подергивалось, медленно сбрасывая облик Защитника.
Сквозь кожу стала сочиться клеточная жидкость, комбинезон намок в попытках отвести ее."
"– Никто из нас не хотел, Порождающий Смыслы, – ответил Ана.
Серьезно сказал. Без паясничанья.
Глава восьмая
Бюрократ ждал нас в куполе, в помещении, откуда экран вел на Шогар. Сюда притащили его кресло и стол, за которым он в ожидании нас работал. Когда я первым шагнул сквозь экран, он подпрыгнул, будто пружиной подброшенный.
– Наконец-то!
Вышедший следом Ана замер.
Недоуменно сказал:
– Мы на восемь часов раньше срока.
– Не важно, не важно! – Учетчик уже подскочил к нам и теперь отряхивал меня, будто желая удостовериться, что я настоящий.
От него сильно пахло сыром, луком и чесноком. Чипсы, что ли, снова лопал?
– Знаешь, как мне влетело? Высшая срочность, его ждут!
Мы с Аной переглянулись.
Когда мы возвращались за ограду гарнизона, Ана поговорил с уцелевшими стражами, и те не стали рассказывать детали случившегося. Просто столкновение с лавли и гибель одной из стражей… событие печальное, но обычное для этого мира.
Я думаю, они сказали бы все, что я попросил, – так их потрясло увиденное.
Мы отдохнули и перекусили. Меня мутило, но я заставил себя поесть и даже подремал – хотя телу Измененного требовалось гораздо меньше времени для сна.
Если Ана и хотел устроить мне несколько вылазок наружу, то побоище заставило его изменить планы. Мы вернулись на Саельм в полной уверенности, что времени у нас еще много.
