– Понятно! А тот, с бородой, он как был одет?
– Обыкновенно – штаны, пиджак, рубашка в клетку, башмаки… – чего-то такого особенного не заметила.
– Если кто-то из них еще раз появится, немедленно мне позвоните. Теперь такой вопрос: с ликвидацией воровских лазов администрация вам так и не помогла?
– Что вы! – Директор музея горько рассмеялась. – Я и замам главы звонила, и ему самому – все без толку.
По ее словам, глава района самому себе отгрохал такое «семейное гнездышко», что тебе какой-нибудь султанский дворец.
А вот Проклово смотрится обветшалым, заброшенным, бесхозным. Давно уже требуют ремонта объекты образования, здравоохранения, культуры… Например, в ЦДК куском штукатурки, сорвавшейся с потолка, едва не прибило одного пенсионера, который пришел на выставку-продажу обуви, открытую в холле «очага культуры».
– Мои коллеги тоже выкручиваются как могут. А главе до нас дела нет, – резко качнула головой Ворчунова.
Такое наплевательство главы на нужды районных объектов, по мнению директорши музея, объяснялось одним: в столичных кругах у него кто-то свой, который его «крышует», уводя от проверок и ответственности.
– Хорошо, я попробую поговорить с вашими бюрократами, – нахмурившись, произнес Лев. – Надеюсь, что уж мне-то их убедить удастся. Еще вопрос. Мумятина как тут можно найти? Хочу задать ему несколько вопросов.
– Да он живет неподалеку отсюда, – указала в окно Ворчунова. – Видите, вон, строение с мансардой? Это его дом и есть.
Через пару минут Гуров остановился перед двором, огороженным темно-зеленым металлопрофилем.
Позвонив в калитку, через некоторое время он услышал донесшийся из-за забора звук шагов. Скрипнули петли калитки, и Лев увидел перед собой явно подпитого гражданина лет под семьдесят.
– Вам кого? – довольно неприязненно пробурчал Мумятин. Судя по выражению его лица, появление незваного гостя ему очень не понравилось.
– Викентий Маркович? Главное управление угрозыска, полковник Гуров. Я хотел бы задать вам несколько вопросов.
Вы слышали о краже картины из вашего здешнего краеведческого музея?
Несколько мгновений поколебавшись, тот неохотно кивнул:
– Ну, да, мне рассказывали… А почему вы меня об этом спрашиваете? – По лицу Мумятина было заметно, что он в момент протрезвел. – Там сейчас другой директор, за фонды отвечает она. Ко мне-то какие вопросы?
– Вам этот человек знаком? – Гуров достал из папки рисованный портрет Снякунтикова.
