Утром, собираясь на работу, Гуров услышал пиликанье своего сотового. Судя по мелодии детской песенки, ему звонил Александр Вольнов.
– Лева, как самочувствие? – поздоровавшись, спросил тот.
Сообщив, что у него все нормально, Лев поинтересовался, почему тот вдруг озаботился его здоровьем.
– Да я снова про ту картину, – заговорил Александр. – Ну, про «Портрет Вечности». Похоже, она и в самом деле очень даже необычная, с аномальными свойствами. Знаешь, после того что мне про нее рассказывали, иной раз утром просыпаюсь, и первая мысль – с головой все в порядке? Ну, я же, как и вы, на нее глядел… Ты там как? Наполеоном или Македонским себя еще не ощутил?
– Со мной вроде все в порядке… – смеясь, ответил Гуров.
– Продолжаю ощущать себя Гуровым, сыщиком главка. А что, уже есть что-то такое из ряда вон выходящее?
– Есть… Слушай анекдот из реальной жизни. – Вольнов тоже рассмеялся. – Ну, ты же помнишь, что эту картину отдавали в реставрационную мастерскую? Так вот, представь себе такую хреновину: вчера один из реставраторов вдруг объявил своим коллегам, что он – древнеиндусский царь Рама, седьмое воплощение бога Вишну.
Ой, чую – то ли еще будет?!.
Полицейское дно
Глава 1
Генерал Орлов был сама галантность. Когда он поднялся на сцену после окончания спектакля с букетом шикарных роз и, чуть склонив голову, подал его Марии, актеры с восхищением притихли. Сцена хранила еще ауру дворянского века. Интерьеры помещения в духе позапрошлого столетия, костюмы актеров. Казалось, даже выражения лиц исполнителей еще хранили образы их героев.
– Машенька, должен признать, что сегодня ты превзошла себя. Потрясен, взволнован, восхищен!
– Ах, Петр Николаевич! – Мария с улыбкой поднесла цветы к лицу. – Ты редкий гость в нашем театре, и тем приятнее получить от тебя похвалу и цветы."
"В театре все прекрасно знали мужа Марии Строевой – полковника полиции Гурова. Знали и его близких друзей и коллег – полковника Крячко и генерала Орлова. Они действительно были редкими гостями на спектаклях, разве что кроме самого Льва.
Гуров любил бывать в театре, ему нравилось смотреть, как играет его жена, нравилась эта атмосфера, даже запах театра нравился. Странные чувства одолевали его в этих стенах. Лев как будто погружался в другой мир, в котором кипела жизнь, бушевали страсти, здесь любили, ненавидели, предавали и дарили счастье, но это была игра. Красивая игра в счастье, в добрые и благородные поступки. Театр учил любить, ценить прекрасное и верить в любовь.
