Или его не отпускали?
– Не твоего ума дело! А что за визитер-то?
– Понятия не имею, но уж слишком нахально доказывал, что он этому парню не то денег должен, не то увидеть ему надо крайне срочно да пообщаться…
– И как он выглядел? И почему он странный?
– Да одет вроде как в наши одежды, хоть и явно с чужого плеча. Видно, что не привык носить такое. А главная странность: выговор не нашенский. Явно издалека клиент. А общие данные таковы…
И охранник довольно красочно и в то же время изумительно точно описал молодого мужчину, по всем признакам соответствующего внешности… Леонида Найденова!
Я как услышал особые приметы, еле сдержался, чтобы не запрыгать от восторга.
Жив! Здесь! И меня ищет! Молодец, чертяка!
Оставалось только выяснить, где мой лучший друг проживает, придет ли сюда снова и не пытался ли что передать на словах. Но эти все вопросы и Нестор огласил, недаром хлеб жандарма ест.
Ответы мы получили такие же обстоятельные и полные:
– Где живет – не сказал.
Но утром наверняка еще раз наведается. Ничего на словах не передавал. Но намекал на некое поощрение со своей стороны, коль я буду не жадным на информацию.
Уже подводя меня к камере, Нестор объяснил такие вот умения простого охранника и его излишнюю вседозволенность:
– Когда-то у нас служил и отличным следователем считался. Но погорел на каких-то аферах с наследством одного богатенького барона. И теперь вот здесь штаны просиживает. Но глаз – алмаз!
Последнее слово мне напомнило о маленьком ящеренке, будущем гении, пророке и мессии.
Где это мелкое величие сейчас? Неужели его Леня за пазухой прятал? А ведь ящеренок может где-то рядом находиться, чтобы меня отыскать. С него станется и самовольничать в этом деле.
Десятник открыл дверь моей персональной комнаты, не стесняясь гаркнуть во всю глотку:
– Встать! Почему население камеры не построилось для встречи старшего по гостевому рангу?!
Спавшая до того Сюзанна задергалась от неприятных звуков, моментально покраснела, но встать с моей кровати и не подумала.
Только злобно глянула на горлопана и сжалась в комочек. А там и похохатывающий десятник убыл, закрыв дверь. Я же удостоился такого ненавидящего взгляда, что не по себе стало:
– Чего это ты на меня так вызверилась? Мы ведь с тобой друзья, и обижать я тебя не собираюсь.
Она несколько расслабилась, но не преминула пожаловаться:
– Ужина меня лишил главный палач.