Все живы остались после той ночи, слава Богу.
— Это великий дар, когда твои близкие не пострадали… Всё хорошо у неё? Врачи есть квалифицированные в Мариэле? Или вы в Гавану ездите?
— Наблюдаемся в Гаване, да. У нас тут больше полевой госпиталь, врачи есть, даже гинеколог, акушерки, но они все… сменили профиль из-за войны. В целом, мой статус даёт много преимуществ, и мы справляемся. Большое спасибо вам за это. Не будь круизеров, кто знает, как сложилась бы жизнь нашей семьи…
— Рубен… Ты знаешь, на какое собрание мы едем?
— Нет, сэр, но могу предположить! Что-то связанное с развитием базы, верно? Мы сделали очередной шаг на нашем пути к светлому будущему?
— Вроде того… Но твоя жена после этого шага станет меня ненавидеть…
— Почему, босс? — удивился Рубен и посмотрел в зеркало заднего вида, встречаясь со мной взглядом.
— Скоро все об этом узнают… Думаю, ничего страшного, если ты узнаешь на полчаса раньше остальных… Только не распространяйся раньше времени, ладно?
— Я никогда не предам своего команданте! — заверил он меня.
— Мне придётся снести старый Мариэль… Полностью. В ближайшие два дня.
— Вы шутите? — ошарашенно взглянул он на меня.
— Нет. К сожалению, это вынужденная мера.
— Я знаю вас. Я с вами здесь чуть ли не с первого дня. И если бы не жена, бегал бы с первым Молотом повсюду за вами. Если дома должны быть снесены, вы обязательно предложите что-то взамен. Другими словами — нас ждёт переезд. И если это будут дома с нормальным водоснабжением, отоплением и электричеством, с нормальными окнами, из которых сквозняк не выдувает все мозги, — вам памятник поставить нужно будет! Ой, что-то я уже размечтался, босс, простите.
В общем, что я хочу сказать. Вы никогда не бросали своих людей. Так почему бы вдруг решили бросить сейчас? Даже если вдруг у нас и появится проблема с жильём — я и старшие офицеры скинемся на постройку казарм. Хотя бы временно, но всем будет где жить, а после разберёмся! — с улыбкой ответил он мне, и я не смог удержаться, улыбнувшись ему в ответ.
А быть может, не так уж и опасны те акулы, на собрание к которым меня везёт этот счастливый папаша. Быть может, я себя просто накручиваю? Как было бы просто, если бы это были посторонние люди, с которыми мы, круизеры, не связаны. Но своих обидеть никак нельзя… А в Мариэле только свои и остались. Все присягу приняли. Целыми семьями… Люди не поймут, если мы начнём уничтожать с таким трудом сохранённое ими имущество.
