Он просто молча стоял с самого объявления войны и смотрел вперёд. Словно сама неотвратимость…
Глава 21
— Да отключите вы этот чёртов монитор! — Альфред швырнул подвернувшимся под руку стулом в технику, на экране которой было запечатлено лицо какого-то идиота, стоявшего на корабле, словно это сам император. Изредка его взгляд падал на камеру, и Альфреду казалось, что он смотрит прямо ему в душу.
Взгляд, полный презрения, будто он не глава целой фракции, захватившей двенадцать городов, включая два суперкрупных оплота выживших, а мусор.
Переломав половину техники в своём дворце, Альфред не выдержал и вышел на улицу, направляясь в штаб, чтобы узнать, куда плывёт этот герой-одиночка и как ему удалось взломать его оборудование.
Штаб получил сведения от наблюдателей, расставленных на берегу, и ему тут же доложили, что одинокий корабль движется в сторону Лос-Анджелеса и вскоре доберётся до города.
— Отлично! Я хочу видеть, как эта лоханка пойдёт на дно вместе с этим напыщенным идиотом, — злорадно произнёс Альфред и своими огромными руками начал переключаться на камеры, установленные вокруг его терминалов в Лос-Анджелесе.
— Наши батареи выдвинулись на позицию, — доложил офицер.
Спустя секунду этого офицера вместе с гарнитурой выдернули из стула и подняли на метр от земли, схватив за грудки."
"— Какого чёрта они только выдвинулись? А где они тогда были⁈ — кричал Альфред, брызгая слюной на подчинённого. Тот спешно начал объяснять чудовищно сильному, жестокому и скорому на расправу командиру, что ракетные комплексы никогда не были направлены в сторону моря, как и передвижной ракетный дивизион, которым они уничтожали штабы своих противников вместе с офицерами и командованием.
Что-то они развернули, но для ракетной артиллерии требовалось больше места, и они уже были на пути к порту, откуда будет намного удобнее вести огонь.
— Так бы сразу и сказал! — отпустил офицера Альфред, и тот вернулся на рабочее место, облегчённо выдыхая.
Глава фракции Лас-Вегаса никогда не был добрым человеком, а после Алого Заката и вовсе озлобился.
Благо зомби вокруг были мелкими и слабыми, и он своими кулаками и подручными средствами смог раскидать их, проломить черепа и переломать ноги. Когда же он добрался до первого терминала и увидел новые возможности, чувство избранности ударило ему в голову и окончательно сломало все рамки и приличия, которые только могли остановить природную жестокость этого человека, помноженную на личные неудачи в жизни.
