Мои слова дали ясно понять, что в случае проблем жизнь вышедшего из-под контроля союзника будет стоить для меня намного меньше, чем следование нашему плану.
Больше вопросов не было, и все приготовились слушать о второй вещи, которая изменит исход этой войны.
— Второе, что мы сделаем, — это построим нечто особенное при помощи терминала. Но сделаем мы это тайно, в месте, где наш враг слеп и глух. Моя команда специалистов с модулями маскировки как раз занимается поиском подходящего места. Как только оно будет найдено, мы должны будем вложить, возможно, несколько сотен миллионов ОД в него.
Собирайте их. Находите. Копите. Используйте наследие нашей цивилизации для естественных нужд людей и не тратьте заработанные кровью и потом очки достижений на всякий бесполезный хлам. Мы создадим то, что ещё ни один мир, погибший под пятой эдарианской саранчи, не видел. И уничтожим хотя бы часть их флота. Без подробностей.
— Можно всё же задать вопрос? — тянул вверх руку Коннор.
— Да.
— У меня их даже два.
Первый, для моих коллег, чтобы они поняли, на что мы рассчитываем. Флот вторженцев состоит из трёх кораблей.
— Верно, — подтвердил я.
— Что будет, если уничтожить любой из трёх кораблей?
— Два остальных потеряют свою эффективность и со временем станут бесполезными. По какому бы из них мы ни нанесли сокрушительный удар — мы получим шанс. Либо прервём связь с далёкими орбитальными поселениями, через которые подключаются к клонам и атакуют нас эдарианские шавки. Либо мы уничтожим производственную базу, и они останутся без вооружения, транспорта и всего остального.
Третий вариант выведет из строя их клон-фабрику, лабораторию, и они не смогут создавать новых тварей, что будут штурмовать нашу планету. В любом случае нам придётся тяжело, и надо будет уничтожить около миллиона тварей, что десантируются на планету.
— А в первом случае? Ну, если этот корабль-ретранслятор бахнем?
— Ну, это всё ещё живые существа. Я не уверен, что произойдёт в таком случае.
На практике тоже не было таких прецедентов. Если повезёт — они отключатся и станут лёгкой добычей. Если нет — потеряют контроль и станут дикими и чрезвычайно опасными тварями, действующими на инстинктах, — ответил я ему, замечая, как люди задумчиво начинают обсуждать друг с другом различные варианты.
Они уверены, что мы справимся и сможем уничтожить по крайней мере один корабль. Это хорошо. Очень хорошо.
— А второй вопрос? — вспомнил я о Конноре.
