Но Тёмкин настаивает, что на заднем плане видна персонифицированная злая воля. И это все объясняет!
Смит глядел на Васю несколько обалдело. Кажется, тот перестарался с обаянием.
— Тёмкин очень умный! — тоном заговорщика сообщил Вася. — И когда он говорит про Мориарти, у меня прямо мурашки по коже!
Леха осторожно присел рядом.
— Потому что... Ну, очень правдоподобно выходит, — Вася повернулся к нему, уверенный, по-видимому, будто Леха слышал весь разговор. — Ты же помнишь, как Тёмкин умеет убеждать.
— Помню.
Он выдумал глобальный заговор и дал ему имя?
— Да если бы глобальный, — сказал Вася. — Я бы тогда не дергался. Тёмкин бьется об заклад, мол есть только один кукловод, вполне конкретный, назовем его Мориарти, — умная и влиятельная сволочь, — который решает свою узкую задачу. Нам ее не разглядеть, настолько она частная и так легко теряется во всем этом многоходовом бардаке.
— Кукловод, — повторил Леха.
— Я против такой примитивной версии, — сказал Вася. — А то страшно. Когда у всех своя выгода, каждый тянет одеяло на себя, никто ничего не понимает, и кругом полная неразбериха, это мне привычно.
Мы с этим дома постоянно работаем. Да ты сам поучаствовал... Но когда в такую кашу ныряет Мориарти и начинает внутри нее под шумок обделывать свои делишки... Его же не достать оттуда. А если он всю кашу заварил с самого начала? Ты представь, какие у него должны быть ресурсы.
— Насколько помню, Мориарти — вор, — произнес Смит задумчиво. — Ваш друг... Выбрал имя, опираясь на этот контекст? Я просто хотел сказать — значит, с его точки зрения, комбинация выстроена, чтобы украсть нечто ценное.
Вы бы уточнили, что он имел в виду.
Леха опустил глаза и сжал кулаки.
«Не время сейчас для откровений, — уговаривал он себя. — И не место. И не та компания. Сначала надо обсудить это с тем же Тёмкиным».
— Теперь еще и вы меня пугаете, спасибо большое! — Вася отвесил Смиту шутовской поклон.
— Привыкай бояться, — посоветовал Леха. — Я готов поддержать Тёмкина. Встретил тут одну замечательную женщину, которая того же мнения.
А она знает очень много. Потом сядем, расскажу.
— Красивая хоть? — спросил Вася тоскливо.
— Да, — сказал Леха.
Очень вовремя его хлопнули по плечу. Рядом стоял Ломакин.
— Ну пойдем, — бросил пилот самым будничным тоном.
— А что, уже все?
Ломакин кивнул.
Внутренне сжавшись, Леха выглянул из-за джипа. Ломакин осторожно подвинул его, и Леха отметил: не один я весь напряжен.
На парковке стояло... Стояло...
