О ней мало известно, особенно таким неофитам, как Леха, кроме главного: спецтехразведка реально существует, это не институтский миф, и это настоящая боевая структура, тренированная и оснащенная для решения особых научных задач в любой обстановке. «Спецы» оформлены как частное охранное предприятие и законно носят оружие, причем, вполне напоказ; не для войны, конечно, а чтобы какие-нибудь абреки не отняли дорогую аппаратуру. И «спецы» не притворяются журналистами или туристами; они вообще не притворяются, им ни к чему.
Наоборот, когда они, в камуфляже и с винтовками, появляются в «горячей точке планеты», там уже все знают, кто приехал такой красивый.
Правда, Килроя это не объясняет. Килроями баловалась тактическая разведка в двадцатом веке, удаль свою показывала, а текущий модный тренд — не оставлять никаких следов.
«Ну так были наши тут — или не были? Или что? Или их зажарили и съели? Обрезали и продали в рабство на север? Но тогда почему здесь мы?!»
— Я ничего не понимаю! — бросил он в спину Смиту. — А ты?
— Не люблю теряться в догадках, — сказал тот, не оборачиваясь.
— И тебе не советую.
Леха мысленно выругался снова, уже намного жестче.
— ...Если бы я любил теряться в догадках, — негромко добавил Смит, — задал бы еще один похожий вопрос. Кстати, я его озвучил, но наш суперпроницательный начальник не услышал... Аналитика Института по варзоне опирается в основном на рабочие журналы утилизационных компаний. Это очень надежные источники, лучше не бывает. Но, прошу меня извинить, если там написано, что «мусорщики» умудрились дважды подорвать на минах свои эвакуаторы.
.. Оба раза в пригороде, далеко от зоны, и с полной гибелью машины... Значит, нет больше надежных источников. Кончились. Все врут.
— Йоба?.. — Леха поймал себя на том, что шепчет.
— Не правда ли, интересно, кто попросил «мусорщиков» скрыть, что в зоне есть большая пушка? И как именно попросил... Страховая компания, по слухам, очень хотела увидеть своими глазами воронку от фантастической мины, разобравшей в тотал гусеничную бронемашину весом пятьдесят тонн.
Но побоялась отправить сюда аварийного комиссара. А то вдруг тоже... Подорвется.
— Говорила мне мама — иди в мерчендайзеры... — буркнул Леха.
— Зря ты ее не послушал.
— Это шутка такая.
— Я понял. Но в ней есть зерно истины. В мире, где отмирает само понятие устойчивых данных, где все непрочно и зыбко, где никому ни в чем нельзя верить, профессия военного эксперта теряет смысл. Экспертиза, заранее обреченная на ошибку... Хм.
