И человеческие в том числе. Если я сейчас начну тебе объяснять, почему все бессмысленно и незачем дергаться, ты станешь упираться и возражать. Это пустой расход энергии. Можно придумать занятие получше.
— Какое? — быстро спросил Леха.
— Понятия не имею. Только не проси меня быть нормальной.
— Ну пойдем гулять тогда, — сказал Леха и полез из кровати.
— Ты в своем уме?
— А что такого? Там прохладно и луна красивая. Наверное.
Ноги вроде бы не подгибались. Вести себя естественно и непринужденно было труднее, чем стоять в полный рост, не шатаясь.
— Я же просила, чтобы ты не просил...
— Пойдем-пойдем, — бормотал Леха, копаясь в рюкзаке. Вместо пакета с чистым бельем попадалось под руку что угодно, ну, как всегда.
— Вообще, — сказала Вик, — ты редкий хам. Не надо так откровенно подчеркивать, что я мертвая.
— И как я это делаю?
— Леди остается леди даже в гробу. Имей, зараза, уважение. Не суй голую задницу даме под нос.
— А что, общие душевые в войсках уже отменили?
— Мы на гражданке, парень.
— Извини, — Леха натянул трусы.
— Так лучше?
— По-моему, — задумчиво протянула Вик, — ты пытаешься мной манипулировать.
— Есть маленько, — сказал Леха. — Понимаешь, я вообразил одну картину — и она не отпускает. Как мы садимся в белый «Мерседес» и мчимся по ночной дороге. И луна во-от такая громадная светит нам. Ну красиво же!
— Я ненавижу луну! — выкрикнула Вик.
Леха чуть не выронил джинсы."
"Редкий ты придурок, Филимонов. Забыл, чем она под луной занимается? Думаешь, ей весело? Наверное, в процессе — очень даже, иначе фиг бы ее заставили.
Нажуется своего порошка джу-джу — и вперед. Но потом, судя по всему, наступает похмелье и становится грустно.
«А я херак его по черепу», вспомнил он.
— Дурак я. Прости.
Леха потерянно уселся рядом, опустив голову.
А она совсем как нормальная женщина уткнулась ему лбом в плечо.
— Это ты меня прости.
— Да тебя-то за что... Сама же говоришь, дурацкое стечение обстоятельств.
— За то, что ничем не могу помочь.
— Еще как можешь. Мне нужен интернет. На крайний случай, обычный телефон.
Одолжи «спутник» на полчаса.
— Где я его тебе возьму? В городе с интернетом — глухо. И телефонии как таковой нет, все контакты по радио. Только у Муделе ходит боец с чемоданчиком, прикованным цепочкой к запястью. Гордый такой, будто это ядерный чемоданчик. В каком-то смысле — да, ядерный... Символ власти.
— А как же Лоренцо... — пробормотал Леха.
— Он стукач, ему положено. А рядовому местному жителю за спутниковый модуль руки отрубят.
