Грудная клетка была развороченная автоматными пулями, кожа была покрыта ранами и коркой запекшейся крови. Я вернулся к машине и принес пятилитровую бутылку с водой. Высоко подняв бутыль, вылил воду на торс депутата. Вода смыла запекшуюся кровь, и я смог разглядеть следы от попадания пуль. В грудную клетку попало восемь пуль. Восемь рваных ран. А вот, чуть ниже левого соска, ближе к центру груди, я заметил небольшую круглую дырку – миллиметра три – четыре в диаметре. Что это? След укола. Ага, значит, кто-то проколол депутату сердце.
Глупо думать, что это сделали после автоматных очередей. Значит до. Вначале ударили острой длинной железякой в сердце, а потом, когда он «поднялся» его расстреляли.
- Кто первым заметил зомби-депутата? – спросил я, у Тимура, который стоял у меня за спиной и внимательно следил за моими действиями.
- Я, - как-то уж совсем тихо, ответил парень.
- Ничего не хочешь мне рассказать? – глядя в глаза Тимуру, спросил я.
- Он все равно был балластом, - с вызовом ответил Тимур.
– Его надо было убить. Он всем мешал! Я сделал все чисто, никто и не догадался, что депутат был заколот во сне. Все подумали, что он умер от естественной причины. Я ему спицу в сердце вогнал, а потом, всех из казармы, под разными предлогами выгнал, так что все было просчитано – лишние бы не пострадали, - торжествующе произнес Тимур.
Мля! Пацан говорил совершенно спокойно, похоже, он даже гордился своим поступком. Нет, я не был ханжой. Депутат и, правда, был балластом.
От такого избавиться надо было в самом начале, чтобы он не утащил остальных, но не спицей, же в сердце. Это уже, что-то, из ряда вон выходящее. Шестнадцатилетний подросток легко убивает спящего человека! Это как?!
- Тимур, ты, что уху ел? Кто тебе давал приказ убивать депутата? А? – с напором произнес я.
- Но вы, же сами говорили, что он всем мешает, и если бы не маленькие дети, то вы бы его сразу бы пристрелили, - затравленно произнес парень, опешив от моего напора.
– А я прокрутил все так, что никто не догадался, почему умер депутат.
- Да, я говорил, что «пиджака» надо пристрелить, если он не перестанет выделываться! Ты, скотина инициативная поломал мне всю схему! Понял? Я хотел его демонстративно расстрелять перед строем, предварительно поймав его на каком-нибудь косяке. Это бы сплотило остальных, позволило бы держать всех этих людей вместе. А теперь, что делать? Может выбрать другую жертву? К примеру, тебя.
