Он, оказывается, начальник отдела в областной прокуратуре… Наш ему нахамил, тот поднял шум. Уже приехал ответственный по городу, с минуты на минуту приедут из ГУВД. Что делать?
— Звони его папаше, пусть он и заминает этот скандал. Я скоро буду.
В райотделе все стояли на ушах. Как только Шабанов зашел в вестибюль, капитан Гостев через стекло дежурки принялся махать руками.
— Давай быстро к начальнику, там уже все собрались! Баринов вне себя!
Шабанов вздохнул. Ясно, кто окажется крайним.
В кабинете начальника РОВД было много офицеров, кроме Баринова собрались все заместители, приехал представитель УСБ, ответственный по линии следствия из ГУВД.
Но Петрицкого почему-то не было. А Шабанов здорово рассчитывал на поддержку шефа. Но он уже несколько дней не отвечает на звонки, и на работе его нет. Говорят — болеет. Но есть в этом нечто странное…
— Шабанов, опять твои отличились, в сводку попали! — сразу же заорал Баринов. — Сколько можно?! До каких пор это будет продолжаться?! Где воспитательная работа с кадрами?!
Шесть пар глаз осуждающе уставились на начальника следствия.
— Извините, товарищ полковник, но Незнамова брали на работу вопреки моему мнению, — собравшись с духом, ответил Виктор. Это, конечно, была дерзость, но если смолчать, то его самого с грязью смешают. — Я с самого начала был против его кандидатуры. Даже рапорт писал…
Баринов покрылся красными пятнами.
— Ты понимаешь, что ты тут несешь?
— Что было, то и говорю. Рапорт в сейфе до сих пор лежит! А теперь получается — все в стороне, а я в бороне? Нет, так не выйдет! Надо будет, я до генерала дойду!
Активное сопротивление жертвы сбивает пыл нападающих.
И сейчас получилось нечто подобное. Глаза начальников перестали жечь Виктора. Кто-то перевел взгляд на бумаги, кто-то на Баринова, кто-то — в окно.
— Вот как поют кадры Петрицкого! — замогильным голосом произнес начальник и в поисках поддержки оглядел своих замов. Те согласно кивнули.
Виктор понял: что-то произошло. В неформальной кадровой структуре ГУВД — РОВД что-то нарушилось.
— Разрешите идти? — спросил он. — Надо разбираться с этим разгильдяем.
— Иди! — не глядя бросил Баринов. — А я с тобой завтра разберусь!
Незнамов сидел у себя в кабинете и безмятежно играл в компьютер. Белобрысый двадцатидвухлетний увалень был совершенно спокоен.
— Ты почему не пишешь объяснение?! — с порога закричал Виктор.
— А зачем? — не отрываясь от игры, спросил тот. — Все будет нормально.
