Да и не было ни у кого особого желания связываться с серьезной криминальной структурой. Зато сейчас Павел Нахальцев ничего не боялся.
Возле машины на корточках сидела какая-то девчонка – довольно симпатичная на вид. Уж не та ли это самая Галина Аникушина? Девчонка с умным видом шарила рукой под передним бампером.
– Не там зубы у коня ищете! – с любезной улыбкой сказал Павел.
Аникушин вскинул на него удивленный взгляд.
– Ты кто такой? – грубо спросил он.
– Капитан милиции Нахальцев, – открылся Павел. – Московский уголовный розыск.
..
– Ну и что? – с еще большим презрением посмотрел на него Аника.
– Да вот, говорят, вы чем-то недовольны?
– А ты что, рулевой, да? Ситуацию будешь разруливать? – осклабился авторитет.
– Федор Анатольевич, может, смените гнев на милость?
Павел продолжал улыбаться, но взгляд у него был жесткий и холодный.
– Ты что, меня знаешь? – не смог скрыть своего удивления Аника.
– Заметьте, я с вами на «вы». А вы мне «тыкаете»... Я ведь и разозлиться могу!
Нахальцев выглядел как человек, знающий себе цену.
И, похоже, Аника понял, что это не блеф с его стороны. Павел действительно был уверен в своих силах. И разозлиться мог не слабо.
– Ну, вы-то, может, и разозлитесь. А я уже злой! – сверкнул взглядом Аника.
– Какие-то проблемы?
– Проблемы... Это! – показал на «Мерседес» вор. – Машина моей дочери!
И ведь он был прав. Это в самом деле была машина Галины Аникушиной. Но доказать это в принципе невозможно. По всем документам машина принадлежит совершенно другому человеку.
К тому же она прошла предпродажную подготовку по самой полной программе. Все кузовные дефекты устранены, салон как новый – даже запах такой, как будто машина недавно сошла с конвейера. Даже показатель пробега сбит с двадцати тысяч до трех.
– А-а, так это вы продаете свою машину через наш салон? – включил дурака Павел.
– Да нет, это не мы продаем... Эту машину...э-э... угнали. И теперь вы ее продаете!
– Вы хотите сказать, что мы продаем краденые машины? – возмутился Нахальцев. – Давайте сверим номера.
..
– Да чего тут сверять? – ухмыльнулся Аника. – Видно же, что номера перебиты...
Тут он прав, номера перебиты – наметанный глаз может это увидеть. Но ведь невозможно разглядеть старый номер.
– А что продавец говорит? – Павел грозно посмотрел на менеджера автосалона.
От волнения бедняга был белый, как лист мелованной бумаги. Стоит ни живой ни мертвый, покачивается, как осина на ветру.
– Да я же говорю, что машина не новая, что машину нам продали...
