— Может быть, я их не застал, — лукаво улыбаясь, ответил он на латыни и добавил: — Ты не похож на карфагенян, но язык знаешь хорошо.
— Мне легко даются, знаю несколько, — соврал я.
— Наслышан, наслышан, — согласился он.
Интересно, от кого? Мы с ним виделись в первый раз. Точнее, раньше я наблюдал за его римской конторой издали, потому что в то время дел у меня с ростовщиком не могло быть никаких в силу моей низкой платежеспособности, но появилась мысль наведаться ночью и посмотреть, что там хранится.
К сожалению, внутри ночевал старый легионер, убивать которого у меня не было желания. Предполагая, что стал я известен в Риме, благодаря жене и ее родителям, которые рассказали всем знакомым о своем, мягко выражаясь, невменяемом муже и зяте, который отказался от лестного предложения самого Октавиана Августа стать его личным телохранителем. Это такой у них способ похвастаться. Типа имеют родственника, который настолько в корешах с императором, что даже может послать его.
Хотя раньше не верили, что я вообще с ним встречался.
— Если вдруг понадобится работа, загляни ко мне, — предложил Квинт Амбросий.
Я не стал отказываться. Как и он, знал, что в жизнь длинная и вся зигзагами.
— Не слышал, никто не продает в этих краях латифундию? — поинтересовался я."
"У римлян есть четкое деление собственности в сельской местности: касса — дом в деревне с небольшим земельным участком для выживания семьи бедняков; вилла рустика — для летнего отдыха, но имеет участок около сотни югеров (один югер — четверть гектара), на котором расположены виноградник, сад, огород, обеспечивающие семью и прислугу продуктами; вилла урбана — грандиозные постройки с садом или парком для прогулок, которую используют очень богатые чисто для оттяга; и латифундия с земельным наделом в несколько сотен югеров, служащая в первую очередь источником дохода и заодно местом для летнего отдыха.
— Хочешь вложить деньги? — спросил он и сам ответил: — Разумное решение. Рим рядом, и его обитатели всегда будут кушать. Правда, надо разбираться в сельском хозяйстве или найти хорошего вилика (раба-управляющего), а они большая редкость.
— У моего отца была небольшая латифундия в провинции, — сочинил я.
— Это хорошо.
