Ретиарий был нубийцем. Климат в Северной Африке сейчас холоднее, чем будет во второй половине двадцатого и первой половине двадцать первого веков. Должны быть реки и озера, а также рыбаки. Может быть, этот ретиарий раньше ловил настоящую рыбу с помощью накидушки, но и не исключаю вариант, что был отобран на этот тип гладиаторов из-за не очень крепкого сложения и длинных ног, которые позволят бегать быстро и долго. Что могу точно сказать, он боялся. Меня или боя вообще — не знаю, но это было хорошо заметно, даже судья, пожилой сутулый мужчина в мятой тунике темно-красного цвета, от которого воняло перегаром и жареным луком, подбодрил его.
Я не дал ретиарию время на раскачку, атаковал сразу. Нумибиец успел отскочить, отмахнувшись от меня сетью. У него девятнадцать успешных боев и два проигранных, поэтому не получилось взять нахрапом. Тогда я начал вытанцовывать перед ним, заходя за правую руку с сетью, поддавливая, заставляя постоянно двигаться. Как мне сказал Рамзес, лучше не кидать ее в движении.
Замер, дождался, когда враг выйдет на нужную дистанцию, сделал бросок. Я давал ему остановиться и самому напасть, внимательно наблюдая за руками. То ли это была грамотная тактика, то ли со страху позабыл, зачем нужна сеть, но ретиарий не спешил пускать ее в дело.
Беготня мне вскоре надоела, совершил неожиданный ход — развернулся и пошел к центру арены, давая понять, что мой соперник настолько никчемный, что ожидать от него решительных действий бесполезно.
При этом внимательно наблюдал за реакцией зрителей. Они затихли, уставились на нас. Игра в поддавки не в моде в Риме. Я услышал, что нубиец повелся, решил рискнуть, последовал за мной. По распахнувшимся ртам зрителей, словно желали, но не решались предупредить меня, догадался, что ретиарий размахивается, чтобы метнуть сеть, и резко отшагнул вправо. Запущенная правой рукой, она всегда попадает немного левее. Разворачиваясь, заметил, что взял мало, и отпрыгнул еще дальше.
Сеть упала на то место, где был мгновение назад. Я успел рвануть вперед и наступить на шнур, которым ее затягивают. Противоположный конец был не надет петлей на правую руку, как делает большинство ретиариев, а привязан к широкому кожаному ремню. Видимо, узел был типа морского, развязывающийся одним резким движением. Что-то пошло не так, и сделать это не получилось ни с первой, ни со второй, ни с третьей попытки.
