Он видел, в какую сторону вы пошли.
– Вот сволочь! – вырвалось у Комбата. – А если бы вы нас не нашли?
– Оставили бы двух человек в засаде, а остальные пошли бы к другому приметному ориентиру.
– Это какому?
– Я не знаю, гадом буду! У нас все решает Замес. И выдает нам лишь ту информацию, которую считает нужной.
– Понятно, – Комбат задумчиво посмотрел на бандита.
Урод, конечно, но тоже в каком-то смысле человек. Жалко убивать. Но однажды проявленное милосердие уже тяжело аукнулось Комбату и Светлане. Только дурак во второй раз наступает на одни и те же грабли.
В тылу можно оставлять не врага, а его труп. Хотя Рублеву было очень тяжело решиться на коварный удар. Он привык разбираться с достойным противником в упорном бою. Тогда Комбат вспомнил девушку, прячущуюся среди подроста и дрожащую от страха, которую хладнокровно шел убивать лежащий перед ним бандит. Он бы не стал ее жалеть, слабую и беспомощную, а выстрелил и добавил контрольный в голову. Что ему чужая жизнь, когда есть возможность заработать деньги.
И сколько еще жизней унесет этот урод, готовый ради зеленых американских бумажек на любое преступление?! Нож в руке Комбата блеснул и пронзил сердце бандита.
Глава 50
Солнце светило ласково и безмятежно. Вокруг царили покой и умиротворение. Но где-то там в глубине притаилась смерть. Владимир напряженно всматривался в воду. Он подогнал лодку как можно ближе к арке, желая максимально сократить дистанцию. Предусмотрительно взятой веревкой он надежно привязал ее к выступу каменной стены, чтобы не унесло морским течением.
Кажется, здесь акул меньше, чем в километре отсюда, но то и дело он замечал в воде зловещие тени. Кто это, безобидные пожиратели рыбы или жестокие убийцы, хватающие все живое без разбора?
Владимир не был профессионалом со специальным образованием, по очертаниям тела и плавникам безошибочно определяющим вид акулы. Он мог достаточно уверенно опознать лишь четыре самых опасных вида. Но ведь, по утверждениям тех же специалистов, среди акул как минимум полтора десятка людоедов.
А некоторые знатоки для верности увеличивают этот список до сорока видов и еще добавляют: «Любая акула, достигшая двух метров, способна нанести человеку смертельные раны».
Большинство хищниц, шнырявших поблизости, едва ли достигали такой величины. Но одна, упорно державшаяся у входа в пещеру, вымахала без малого до трех метров. Ее-то Владимир и опасался, из-за нее медлил с погружением. А время шло, солнце давно перевалило через зенит.
