Мир рассыпался в песчаные барханы и вновь собрался заново, но уже совершенно иначе. С другими стенами, коридорами, крышами. Все от подвалов до флюгеров изменилось, замедляя мир вокруг меня и наполняя его такой вспышкой ароматов, что на висках запульсировали вены.
Я чувствовала. Ощущала неожиданно чутким обонянием их неприкрытое желание и довольство. Без стеснения разглядывая, как мое тело гнет от расплавленного сахара, они желали продолжения, при этом будучи абсолютно удовлетворены. Словно им хватило того, что они со мной сделали, и теперь наслаждаются содеянным, пока я прихожу в себя, боясь открывать глаза и успокаивая дыхание.
Уверенность в том, что чувства меня не обманывают, каменной крепостью стояла среди руин разумности.
Нюх не врет. Так не бывает.
— Пойдем искупнемся, Ласка, — уже куда мягче и выше целуя мой живот, хрипя произнес Берд, слизывая испарину горячим языком. — Не успеешь замерзнуть.
Это просто немыслимо…
Трое… Трое голых голодных беров… Все видели, слышали и добились своего, чему я, признаться честно, даже рада.
Стало легче дышать, как только отступивший от горла спазм мягким покрывалом скатился к земле. Довольная и благодарная медведица рыкнула напоследок, прежде чем уйти, и пообещала мне, что какое-то время не побеспокоит.
— А это все?
— Что? — усмехнувшись, спросил Берд. — Тебе мало, сладкая берочка?
— Нет, я не об этом. Так всегда будет? Втроем? — набравшись смелости, облизнула пересохшие губы, готовясь услышать ответ, который я уже приблизительно знала, но боялась услышать.
"
"— Да, Ласка. Так всегда будет. Втроем, — за него ответил Харланд, убирая с моего лица налипшие пряди. — Ты для нас всех. Самая желанная, самая красивая. Наша.
Глава 10
Инесс взбудоражено выдохнула, слушая мой рассказ, и глаза девушки мерцали переливами в свете затопленного камина. За время, что я говорила, она даже не пошелохнулась, только с улыбкой кусала губы, нервно и возбужденно сжимая пальцы.
— Я тебе завидую, — нараспев протянула Инесс, стоило мне умолкнуть.
— Чему это?
— Как чему? Ласка, ты иногда удивляешь меня своим простодушием! Три бера, три лорда — твои, а ты еще спрашиваешь, чему тут завидовать?! Смеешься?
— Инесс, но…
— Я знаю, — потянувшись вперед, подруга подхватила мои дрожащие пальцы и накрыла их теплыми ладонями.
— Ты трусишь, и это нормально. Мы с тобой о близости никогда не говорили, но, наверное, сейчас самое время.
Выпучив глаза, я смущенно выдохнула, не зная, куда себя деть.
Все вновь упиралось в разницу между нами.
