Тем более что, по мнению специалистов, очаг возгорания находился именно в спальне малышки.
Малинины похоронили пустой гробик и спешно сняли квартиру в Москве. Потом Юрий купил дом Сыромятниковых, так семья появилась в Ложкине.
Собственно, именно из-за этой трагедии Лена и старается не отпускать далеко от себя Андрюшу."
"Во всех комнатах дома Малининых в Ложкине есть мощные огнетушители, в ящики ночных тумбочек хозяйка положила защитные маски-капюшоны, а раз в три месяца она устраивает учения. Где-то в районе часа ночи Елена включает сирену, и тогда она сама, Юра, Андрюша и домработница должны натянуть маски, подойти к специальным шкафам в спальнях, достать оттуда огнеупорные костюмы с системой автономного дыхания, надеть их и выйти во двор.
Лена довела процесс спасения до автоматизма.
Юра понимал, почему супруга так поступает, и не роптал. А вот Андрюша иногда начинал канючить. Но мать строго говорила:
– Не хочу потерять никого из вас. Изволь учиться молниеносно облачаться в спецодежду.
– Двух пожаров в одной семье не бывает, – возразил как-то раз Андрей.
– Вдруг нас затопит? Или на кухне газовая труба взорвется?
Лена никак не отреагировала на слова сына, но на следующий день к ним по ее вызову приехали водопроводчики и представитель газовой службы для осмотра всего оборудования. Дальше – больше. Малинина перестала ходить в кино, театр, отказывалась посещать подруг, потом настал момент, когда ей стало страшно садиться в машину. Юра понял, что жена нуждается в помощи, и уговорил ее обратиться к психотерапевту.
Сеансы помогли, сейчас Елена ведет себя адекватно, вот только Андрея по-прежнему предпочитает держать «пристегнутым к своей юбке».
Супруги не вспоминают вслух о том, как погибла Ася. Лена ни разу не упрекнула мужа, не бросила ему в злую минуту в лицо фразу: «Ты не спас нашу дочь, не побежал в ее комнату». О том, как он, стоя в горящем коридоре, принял решение вытащить из огня именно Андрея, Юра рассказал жене, а та задала ему вопрос:
– Ты уверен, что спасти Асю было невозможно?
– Да, – подтвердил муж.
– Когда я очутился на втором этаже, дальняя часть коридора полыхала, а потом обвалился потолок. Я мог попробовать прорваться сквозь огонь, но не жил бы в пламени и пары секунд, сгорел бы. Только все равно я считаю себя мерзавцем из-за того, что решил не бежать к Асе, чтобы иметь шанс спасти Андрюшу. Вопрос тогда стоял так: либо мы с ним тоже погибнем, либо… Прости меня. Когда я поднялся на второй этаж, Аси уже не было в живых.
