Главным оставалось чувство, что залежи, покоившиеся в глубине долгие годы, наконец-то открыты. Дело за малым. За техникой добычи.
Хорошая аналогия. Самое ужасное, подумал я, это не забыть все увиденное до завтра…
Я лёг в кровать и укрылся одеялом. Повернувшись на бок, я вполголоса сказал:
– Где ж зайца-то взять?
И после этого окончательно уснул.
День дрозда
– Скажите, дорогие мои коллеги «новостники», кто-нибудь знает, чем мы все здесь занимаемся?
Все присутствующие дружно утыкаются лицом в блокноты.
В переговорной комнате повисает гнетущая тишина, слышно лишь, как скрипит по бумаге ручка Оксаны из отдела новостей. Какая сметливая девочка, думаю я, она умеет цитировать тишину, перенося её на бумагу. Или, может быть, она просто идиотка?
– Я повторю вопрос: кто-нибудь знает, чем мы все здесь занимаемся?
Сегодня с утра я решил собрать редакторов новостей из всех департаментов, без их руководителей. Знаете, это очень действенная форма в кризисной ситуации.
Во-первых, ты получаешь информацию с полей напрямую, минуя редактуру менеджеров, во-вторых, ты очень чётко понимаешь принципы и стиль работы на конкретных участках поля. В-третьих – ты сам спускаешься с небес, дабы пообщаться с народом. А главное, фактом своего появления ты очень чётко показываешь масштабы кризиса в организации, как бы предоставляя простым смертным шансы на быстрое изменение карьеры. (Маша, смотри, он даже нашего шефа на собрание не пригласил! Я тебе давно говорила, что у нас намечается смена начальника департамента.
Интересно, кого назначат, а?) Я в третий раз вопрошаю:
– Кто-нибудь, мать вашу, знает, чем мы все здесь занимаемся?
Парень из интернет-департамента поднимает голову. Кажется, его зовут Глеб, хотя я не уверен, да и по хую, по большому счёту. Так вот, он поднимает голову и медленно, этак растягивая слова, на эстонский манер, говорит:"
"– Мы собираем и передаём в эфир наиболее актуальные и значимые на данное время новости, сопровождая их комментариями наших аналитиков или журналистов.
Если потребуется.
– Все? – спрашиваю я.
– По-моему, все, а по-вашему? – отвечает он.
– Так… Встал. ВСТАЛ, Я ТЕБЕ ГОВОРЮ! И вышел отсюда. ВСТАЛ И ВЫШЕЛ! На хуй иди отсюда. – Я заорал так, что кто-то из сотрудников уронил на пол ручку.
Не могу сказать, что я взбесился. Наоборот – мне-то, как раз, совершенно до лампочки. А вот окружающие ждут именно такой реакции.
