– В общем, такие телеги мне задвигал, что я сразу понял, чего нам не хватает.
– И чего же?
– Знаешь, у нас всё хорошо. И режиссура, и декорации, даже набор актёров. Как в провинциальном театре. Только вот играют они без души.
– Ха! Конечно, без души, они же не настоящие актёры.
– Нет, Вадик, дело не в этом. Играют они без души, потому что за бабки…
– А как ещё-то? За пряники, что ли?
– За идею, старик. Самая проникновенная игра может быть только за идею.
– Так идея-то у нас есть. Мы – та часть общества, которой не всё равно.
Оппозиция и всё такое.
– Ты сам-то в это веришь? Вот, к примеру, подбери под это своё определение идеи визуальный ряд?
– Ну… – Вадим чешет затылок, – митинги, люди на площади, ну…
– …лагеря, Визбор, да? Новодворская. Бездуховно это все, врубаешься? А должна быть духовность, знаешь… звенящая такая. Чтобы резала барабанные перепонки. Такая духовность, как в фильме «Ленин в Октябре», понимаешь?
– Не понял я ничего, Антон. Насколько я помню, это кино чисто идеологическое, – Вадим кривится, – с хуя ли духовность у тебя идеологией стала? Это вообще-то разные вещи.
– В России, брат, это одно и то же. Просто когда лохам идеологию переименовывают в духовность, им становится легче её употреблять. Вприкуску с пустым чаем. Поэтому люди разбирающиеся и говорят – «особенная русская духовность». А остальные, кто не в теме, блеют про «имперскую идеологию», хотя это одно и тоже. И у этой имперской идеи настолько сильный брендинг, что люди готовы найти её даже в чашке чая, если перед этим ещё сказать, что «этот чай несёт в себе малую толику Родины».
– Ерунда какая. Антон, я считаю, что сколько не маскируй идеологию под духовностью, нормальный человек всегда отличит.
– Ты думаешь? Ок. Вот ты, какой виски пьёшь?
– Я? Chivas?
– Почему?
– Ну, как почему? Потому что хороший, наверное… – неуверенно предположил Вадим.
– Да? То есть в природе существуют и плохие виски, так?
– Так.
– То есть ты можешь отличить хороший виски от плохого?
– Конечно.
Ну, во всяком случае, Chivas всегда отличу от другого.
– Уверен?
– Антон… – криво ухмыляется Вадик, – я тебя умоляю.
– Великолепно.
Я подзываю официанта, долго шепчу ему на ухо, он улыбается и уходит.
– Вот сейчас и проверим тебя, знаток виски.
– Проверим.
Минут через десять официант приносит поднос с тремя стаканами виски и тремя початыми бутылками: Chivas, Johnny Walker Black и Dewars.
