Она даже ахнуть не успела, когда я взял ее за запястья и расположил их за ее спиной. Сжав в ладони ее изящные запястья, я зарылся носом ей в шею и глубоко вдохнул ванильный запах, смешанный с неповторимым запахом Моники.
Подняв лицо, я посмотрел в ее глаза, покрытые дымкой возбуждения, когда я толкнулся бедрами в ее нежное местечко. Она бесшумно ахнула, приоткрыв розовые губы. Взявшись второй рукой за ее небрежно заплетенную косу, я слегка потянул за нее, чтобы она смотрела прямо на меня.
− Никогда меня не возбуждала Ава.
Ничего под полотенцем мы не делали. Всю ночь я смотрел только на тебя. Мой член реагировал только на тебя. И на то сексуальное белье, в которое ты была одета. Даже то, как ты спряталась под пледом, не помогло. Мне пришлось дважды позаботиться об этой проблеме, пока я смог уснуть. — Ее взгляд снова стал затравленным. Ну вот. Она снова сделала собственные выводы, даже не дождавшись моего ответа. — Блять, Мо. Я дрочил в душе! Два раза! Так понятнее? И потом спал на шезлонге у бассейна.
Сам!
Едва уловив облегчение в ее взгляде, я набросился на ее рот жадным поцелуем. Не отпуская рук девушки, я отпустил косу и положил ладонь на ее щеку. Мягкая нежная кожа обжигала ладонь, вызывая искры и покалывания по всему телу. Моника ответила на поцелуй без промедления, обхватив мою талию ногами и стараясь как можно большим количеством частей тела соединиться со мной. Она слегка потиралась своей киской о мою твердость. Я чувствовал твердые соски, касающиеся моей груди. Она так крепко сжимала меня бедрами, что я, наверное, не смог бы просто так вырваться из ее оков.
Наши изголодавшиеся рты соединялись в ритме отчаяния, пытаясь вобрать в себя как можно больше вкуса и вздохов друг друга. Руки жадно блуждали по телам, как будто заново знакомились. Опустившись поцелуями вниз, я целовал шею Моники, пока поднимал ее майку и стягивал вниз кружево бюстгальтера. Освободив твердые вершинки сосков, я захватил один в рот, жадно посасывая, а второй покручивая пальцами.
Стоны Моники заполнили прачечную, еще сильнее распаляя мое желание.
Опустив взгляд на ее хлопковые шортики и заметив на них мокрое пятно, я шумно выдохнул.
− Черт, детка, − прошептал я сипло, сдирая с нее клочок ткани.
Она с готовностью приподняла попку, чтобы облегчить мне задачу. Под шортиками не было ничего, кроме манящего влажного средоточия моей слабости. Я опустился на колени и провел языком вдоль складочек и она, выгнувшись, подалась бедрами вперед.
