Этот день должен был стать самым запоминающимся в нашей жизни. Сделав несколько звонков и убедившись, что все заказы, сделанные мной через интернет во время полета, приняты и будут выполнены, я отложил телефон. Я стягивал с себя галстук, когда из ванной вышла сонная, уставшая, абсолютно лишенная макияжа прекрасная богиня. Завернутая в пушистое полотенце и зевающая каждые пять секунд Моника почти не глядя двигалась к кровати. Складывалось впечатление, что ее зрение внезапно стало туннельным и в конце него она видит только кровать.
Дошагав на нетвердых ногах до места, Моника упала на кровать лицом вниз и застонала в одеяло. Мое тело мгновенно среагировало на этот звук, и я улыбнулся. Моя сладкая девочка нуждалась в отдыхе.
— Детка, я в душ, — сказал я и поцеловал ее плечо. В ответ она лишь что-то буркнула.
Искупавшись, я вышел в спальню и застал ту же картину, которую оставил, отправляясь в душ. Комнату заливал яркий солнечный свет. Закрыв плотные шторы, я подошел к кровати.
— Мо? — Тишина. — Детка? — снова позвал я, нежно касаясь ее голого плеча.
В ответ Мо всхрапнула тихонько, и я хохотнул. Она так крепко спала, что даже не заботилась о том, в какой позе и в каком виде уснула.
Я скинул полотенце со своих бедер, оставшись без одежды, и, аккуратно перевернув Монику, развернул ее полотенце. Я знал, что встать придется меньше, чем через шесть часов, но не мог перестать рассматривать идеальное тело своей невесты. Ее нежную кожу, каждую впадинку и выпуклость, розовые соски и нежное место между бедер.
Наклонившись, я нежно поцеловал вершинку ее груди, и Мо тихо застонала. Я снова был твердым. Черт, да она превращала меня в сексуального маньяка, когда находилась рядом.
— Какой у тебя рекорд? — спросила Моника.
Мы сидели на террасе у меня дома. Мо была одета в мою рубашку и… больше на ней ничего не было. Она пила белое вино и водила идеально наманикюренным пальчиком по конденсату на бокале. И выглядела безупречно.
Спутанные волосы были забраны в небрежный пучок. Розовые губы были припухшими от поцелуев. Макияж она смыла за два часа до этого разговора, когда поняла, что с нашим секс-марафоном ей не удастся сохранить в идеальном состоянии краску на своем лице.
— О каком рекорде речь? — уточнил я, делая глоток пива и откидываясь назад на шезлонг.
— Ну, сколько раз самое большее ты за ночь занимался сексом?
Я сделал вид, что считаю, хотя уже знал ответ на вопрос.
