Так что первая часть плана оказалась успешно выполнена: спустя минуту около двухсот учеников школы магии дружно направились к небольшой площади, располагающейся аккурат перед так называемым директорским балконом.
Этот самый балкон тянулся вдоль десятка окон второго этажа главного здания, где находилась администрация школы, он объединял учительскую, директорский кабинет и личный архив директора школы, но выход на него имелся только непосредственно из апартаментов профессора Тирлиха. Именно с балкона он толкал пламенные речи перед построившимися внизу учениками в торжественных случаях.
Нечего было и надеяться привести такую уйму людей на площадь и не привлечь внимание учителей, так что я и не пытался утихомирить нашу группу поддержки. А раз шила в мешке не утаишь, то лучше держать его на виду, то есть пусть это будет частью плана, этаким фактором дополнительного давления на оппонентов.
Заслышав шум, заседавшие в учительской преподаватели бросились к окнам. Профессор Тирлих выскочил на балкон вместе с франтоватым незнакомцем, одетым в расшитый позументами фиолетовый дублет и коротенькие, чуть ниже колен, штаны того же цвета.
Директор что-то говорил, но мы не стали ждать, пока толпа утихомирится и можно будет разобрать его слова. Оставив на крыльце Адалька присматривать за соучениками, мы с Пайрусом и Вистой вошли внутрь.
— Страшно, аж живот сводит, — прошептал Пайрус, опасливо оглядывая пустынный вестибюль.
— Вы еще можете вернуться на площадь, — предложил я и, стараясь не встречаться взглядом с Вистой, добавил: — Я вполне справлюсь один.
Может, так даже проще будет.
— Главное — не останавливаться, — пробормотала девушка, пропуская мое предложение мимо ушей. — Если остановлюсь, то могу струсить, а струшу — никогда себе не прощу.
— Я тоже не могу не пойти, — поддержал ее Крин, — это мое дело, и я должен довести его до конца. А вот вы не обязаны рисковать, поэтому пойму, если откажетесь.
— Успокоились оба! — пришлось повысить голос, дабы пресечь на корню всякие сомнения и взаимные реверансы.
— Говорить буду я. Вы вступаете в разговор, только если я попрошу, а так — киваете головами и поддакиваете.
Может, мои друзья и хотели что-то возразить, но тут, на мое счастье, сверху по лестнице сбежал Уго Прелис, один из учителей фехтования.
— Вы что натворили?! Будто нам одного скандала мало! — прошипел он, хватая меня за плечо. — Ну-ка быстро разошлись по общежитиям!
— Осторожнее с руками, фер Прелис! — холодно ответил я, сбрасывая его руку.
