Два десятка лучников, осторожно выглядывая из-за укрытий и постоянно перебегая с места на место, вели обстрел орков, наступающих из-за отделяющего опушку леса от подножия холмов ручья. Причем серокожих было так много, что всех усилий лучников и арбалетчиков было недостаточно, и воины Золотого леса без особого труда форсировали ручей. Тут бы дело и дошло до разделенных на три группы мечников, мрачно взирающих на эту безрадостную картину из-за сомкнутых щитов, если бы не расчеты двух уцелевших камнеметов."
"Эти механизмы, похожие на небольшие катапульты, стояли чуть выше по склону и были вынесены на фланги построения имперских пограничников.
Остатки еще одного орудия лежали за центром позиции — по всей видимости, разбитые точным попаданием камня, что свидетельствовало о наличии у противника своей «артиллерии».
Прямо на моих глазах камнеметчики дружно запустили в сторону наступающих целый град мелких камней, выкашивая сразу полтора-два десятка врагов и обращая остальных в бегство.
То, что это не первая попытка серокожих добраться до маленького лагеря пограничной стражи, было понятно по усеянной трупами орков нижней части склона.
А о том, что у воинов Энрата тоже есть потери, свидетельствовали лежащие тут и там тела защитников границы.
— Берегись! — заорали сразу несколько голосов.
Повернув голову на крик, я увидел, как расчет расположенного на левом фланге камнемета спешно поднял над головой большие щиты, едва успев прикрыться ими от тучи обрушившихся с небес стрел. При этом, как бы ловки ни были камнеметчики, одному из них стрела впилась в плечо, а другому пронзила грудь.
— Ты видишь? — воскликнул Ульм. — Наши амулеты уже разряжены, проклятый шаман просто выкосит всех на расстоянии, если ты не поможешь нам продержаться до подхода подкрепления!
— А когда оно подойдет?
— Да кто ж его знает? Может, через час, а может, к вечеру.
— Ну, пойду к камнеметчикам, — растерянно пробормотал я, спрыгивая с лошади.
— Стоять! Сначала к капитану! — резко одернул меня пограничник и указал в сторону растущих выше по склону сосен.
Что ж, к капитану так к капитану, хрен редьки не слаще.
Капитаном оказался суровый мужчина среднего роста, лет сорока от роду, с коротко стриженными волосами цвета соломы, с проседью в усах и аккуратной бородке. На его левой щеке красовался застарелый шрам длиной в четыре-пять сантиметров.
— Ты кого привел, Ульм? — мрачно поинтересовался капитан, одарив меня тяжелым взглядом. — Нам нужен волшебник, иначе орки сотрут нас в порошок.
